«Словарь междисциплинарных и отраслевых понятий
необходимый для координации министерств, ведомств
и региональных органов власти,
реализующих российскую государственную антинаркотическую политику»

1. ГЕОГРАФИЯ

2. ДЕМОГРАФИЯ

3. ИНФОРМАЦИЯ (журналистика и СМИ)

4. КОНФЛИКТОЛОГИЯ

По данным ООН в 2005 году общемировое незаконное производство опия составило — 4 620 тонн, для сравнения в 2004 году было изъято всего 120 тонн опиатов. Каннабис (марихуана и гашиш) незаконно производится в 40 странах мира. Только изъятие марихуаны в 2004 году превысило 6 000 тонн. Производство кокаина в 2005 году составило 910 тонн, для сравнения в 2004 изъято 588 тонн. Общемировое незаконное производство стимуляторов амфетаминового ряда (САР) в 2003 году составило 480 тонн, для сравнения амфетаминов в 2004 году изъято 21 тонна.

Всемирный доклад ООН о наркотиках. Краткий обзор. 2006.

Зазулин Г.В http://www.ecad.ru

Зазулин Г.В http://www.ecad.ru

Зазулин Г.В http://www.ecad.ru

Зазулин Г.В http://www.ecad.ru

Зазулин Г.В http://www.ecad.ru

5. КУЛЬТУРА

6. МЕДИЦИНСКИЕ НАУКИ

7. МЕЖДУНАРОДНЫЕ ОТНОШЕНИЯ (КОНТРОЛЬ)

8. МИФОЛОГИЯ

9. ПЕДАГОГИКИЕ НАУКИ

10. ПОЛИТИЧЕСКИЕ НАУКИ

11. ПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ НАУКИ

12. РЕЛИГИЯ

13. СОЦИОЛОГИЧЕСКИЕ НАУКИ

14. УПРАВЛЕНИЕ

15. ФИЛОСОФСКИЕ НАУКИ

16. ЭКОЛОГИЯ

17. ЭКОНОМИЧЕСКИЕ НАУКИ

18. ЭТИКА

19. ЮРИДИЧЕСКИЕ НАУКИ

Приложение

Антинаркотизм — комплекс мер, направленных на преодоление наркотизма, в котором можно выделить ряд аспектов — социальный, правовой, криминологический, медицинский, политический, экономический, экологический, организационный и международный

Антинаркотическая деятельность — основным содержанием и направлениями антинаркотической деятельности государства являются: профилактика наркомании и предупреждение наркопреступности; лечение наркомании и пресечение наркопреступности; реабилитация наркозависимых и исполнение наказания в отношении осужденных участников незаконного оборота наркотиков.

Антинаркотическая идеология — негативное отношение к участию в незаконном обороте наркотиков, сочувствие к тем, кто только начал потреблять наркотические средства или психотропные вещества, безжалостное отношение к тем, кто их систематически потребляет и не желает бросать и ненависть к тем, кто их сбывает или вовлекает в наркопотребление других лиц.

Антинаркотическая политическая культура — восприятие наркоситуации в каждом административно-территориальном образовании как результата противоборства государства и наркорынка, осмысление этого противоборства как антагонистического ассиметричного конфликта, в котором государство без поддержки общества обречено на проигрыш, позиционирования себя в этом конфликте на стороне государства, что естественно не исключает критику проявлений неэффективного государственного антинаркотического управления.

Антинаркотическое воспитание — систематическое воздействие родителей и учителей на эмоции, волю, нравственность ребенка (подростка) с целью формирования у него устойчивых антинаркотических барьеров, воспитание его в духе здорового образа жизни.

Государственная политика в сфере оборота наркотических средств, психотропных веществ и в области противодействия их незаконному обороту (управленческое понятие) — нормативное требование российского государства к законодательным, исполнительным и судебным органам власти осуществлять политику контроля оборота наркотиков и политику борьбы с НОН в целях сокращения участвующего в незаконном обороте наркотиков населения (доли, процента, удельного веса) в каждом административно-территориальном образовании.

Жизнь — бесконечный процесс постановки целей, подбора адекватных средств, овладения этими средствами, с помощью которых цели могут быть реализованы, и снова переход на этап постановки цели, подбора средств и т. д. Жизни планирование — непрерывный процесс, состоящий из трех частей: самооценки, самомотивации и самоуправления

Закономерности наркомании — а) чем более терпимо относиться общество к наркоманам, тем больше психически нормальных людей вовлекается в одурманивание; б) человек, живущий среди наркоманов, имеет больше шансов им стать, чем человек живущий в трезвом обществе.

Здоровым (быть) — иметь энергию, необходимую для жизни, иметь знания и уметь применять эти знания в жизни, уметь общаться, уметь выполнять дела.

Инструменты координации в антинаркотической деятельности —
— административный ресурс — возможность вменять в обязанность региональным правительствам и муниципальным образованиям решение определенных задач, направленных на улучшение наркоситуации и возможность контролировать их эффективность их выполнения;
— целевое финансирование — деньги выделяются в бюджете региона или выдаются региону из федеральной программы не для того, чтобы раздать ведомствам, а для реализации лучших конкретных антинаркотических проектов, реализация которых позволит сократить количество активных наркоманов и уменьшить наркопреступность;
— единая государственная антинаркотическая идеология — например, “наркомания не личное дело индивида”, что обеспечивает поддержку запрета потребления наркотиков широкими массами людей;
— территориальный принцип управления (в будущем и единая подготовка кадров) означает, что антинаркотическая работа направлена на улучшение наркоситуации на территории каждого административно-территориального образования (региона, города, муниципального образования). То есть антинаркотическая работа различных ведомственных структур оценивается не сама по себе как таковая, а только в соответствии с конкретными изменениями наркоситуации на конкретной территории.

Информационная война (наркоконфликт) — столкновение двух основных пропагандистских кампаний, сложившихся и реализуемых стихийно, либо институционально, внедряемых в общественное сознание через каналы массовых коммуникаций, с целью формирования групповой либо индивидуальной позиции по вопросам социально опасного оборота наркотиков и активизации массовой практической деятельности в том или ином направлении.

Концепция государственной политики профилактики наркомании и предупреждения наркопреступности— это научно-обоснованная система теоретических взглядов, идеологических положений, критических оценок и первоочередных мероприятий, обеспечивающих приоритетность мер по профилактике наркомании и предупреждению наркопреступности перед другими видами противодействия незаконному обороту наркотиков в антинаркотической деятельности государственной власти и органов местного самоуправления.

Координация антинаркотической деятельности — контроль государством соответствия индивидуальных правовых актов федеральных министерств, служб и агентств нормативным документам, фиксирующим национальные интересы страны в области борьбы с наркоугрозой, и оценка координирующим органом вклада каждой федеральной структуры в решение единой для всех стратегической задачи — сокращение численности активных наркоманов и уменьшения наркопреступности на территории каждого субъекта федерации (города, района).
С точки зрения каждой отдельно взятой структуры заключается в продвижении, конкретизации, воплощении и развитии в своих индивидуально правовых актах идей, принципов, норм и положений нормативных документов, определяющих национальные интересы страны в области борьбы с наркоугрозой в соответствии с наркоситуацией.

Легализация наркотиков — это изменение законов о наркотических средствах с целью разрешения торговли наркотическими средствами как обычными товарами и их использования в качестве опьяняющих веществ.

Марихуана как лекарство — направление в движении за легализацию наркотиков, основанное на отказе от применения в лечебных целях чистых фармакологически полезных ингредиентов конопли и требовании рецептурного назначения марихуаны в виде растительной массы. Имеет своей целью уничтожение запрета использования марихуаны в медицинских целях.

Модели профилактики наркотизма —
— правовая модель доминирующую роль отводит законодательному регулированию проблем, связанных с преодолением наркотизма;
— медицинская модель основана на постулате о том, что злоупотребление наркотиками представляет собой серьезный болезненный процесс, а его распространение носит характер эпидемии. В ней отдается предпочтение мерам медицинского характера;
— психосоциальная модель рассматривает потребителя наркотиков через призму разнообразных психических процессов, происходящих в личности, во взаимодействии с окружающей средой;
— конфликтологическая модель, не отвергают эти модели, не конкурирует с соответствующими моделями, она их просто объединяет и предлагает рассматривать наркореальность как наркоконфликт.

Наркотизм (социологическое понятие) — относительно распространенное, статистически устойчивое многоуровневое социальное явление, затрагивающие основные общественные институты (государство, семью, экономику, СМИ и пр.), проявляющееся в системе экономических, социокультурных, социально-психологических, политико-идеологических и юридико-правовых координат и включающих, в себя алкоголизм, употребление наркотических и токсических веществ, табакокурение.

Наркокоординатор (направления деятельности)
— в содержание работы антинаркотического менеджера можно выделить три важнейших направления: — диагностика конкретной наркоситуации в административно
— территориальном образовании, на промышленном предприятия, в учебном заведении и т.д.
— разработка конкретной целевой комплексной антинаркотической программы («территория свободная от наркотиков») или стратегического плана и согласование их с администрацией
— управление антинаркотической работой территориальных структур, ответственных за уровень наркоситуации, или руководство выполнением целевой антинаркотической программы субъекта федерации, города, района и т.д.

Нарконаселение — многомиллионный слой наркозависимых людей, живущих по существенно иным, чем нормальное общество, законам; люди с асоциальным поведением, люди, не способные справляться как с правами, которые им гарантируются законом, и тем более с обязанностями, которые несут перед обществом все нормальные граждане.

Наркологическая безопасность — система обеспечения состояния защищенности физического и психического здоровья человека от легального и нелегального использования веществ с наркогенным потенциалом действия и защищенности общества от негативных последствий распространения данных веществ в легальном и нелегальном обороте.

Наркоконфликт — конфликт (политический, идеологический, экономический, социальный, юридические, информационный и т.д.) зона разногласий в котором сущностно связана с наркотиками или формами их контроля.

Наркоконфликт первого порядка — конфликты между участниками, которые, образно говоря, находится по “разные стороны баррикады”, то есть между теми, кто “за наркотики” и теми кто “против наркотиков”. Например, это противоборство тех, кто пресекает наркопреступность с теми, кто участвует в незаконном обороте наркотиков (НОН). Это столкновение интересов живущих в одной семье, в одном доме, городе, в одной стране (то есть вынужденных взаимодействовать) наркопотребителей с теми, кто не участвует в НОН.

Наркоконфликт второго порядка — конфликты между участниками, которые, образно говоря, находится по “одну стороны баррикады”, например, между теми кто “против наркотиков”, но не сотрудничает между собой в решении проблем, для решения которых это сотрудничество обязательно необходимо, то есть пребывает в состоянии негативной (отрицательной) кооперации. Например, практически не выявляются водители, управляющие автомобилями под действием наркотических средств и психотропных веществ (только потребивших спиртное за рулем задерживают), потому что деятельность милиции (ГАИ) и здравоохранения (наркологическая экспертиза) по данному вопросу не согласованна на федеральном, региональном и местном уровнях,

Наркополитика и права человека — взаимосвязанная посредством действующего антинаркотического законодательства сфера общественных отношений, в которой любые изменения государством законов в сторону либерализации наркополитики всегда ведет к возрастанию численности наркопотребителей, а соответственно, нарушению прав тех, кто не участвует в НОН, на жизнь и социализацию своих детей в обществе свободном от наркотиков.

Наркоситуация (как конфликтологическое понятие) — совокупность показателей характеризующих соотношение сил (статика) и результат (динамика) противоборства государства (местного самоуправления) и наркорынка в пределах конкретного административно-территориального образования (федерального округа, субъекта федерации, города, муниципалитета). С точки зрения управления наркоситуация наиболее кратко характеризуется удельным весом (процент) населения участвующего в НОН на территории административно территориального образования; характеристика административно-территориального образования, фиксирующая масштаб участия проживающего в нем население в незаконном обороте наркотиков. С точки зрения динамики можно выделить пять типов наркоситуация (НС):
1. Общество “свободное” от наркотиков.
2. Благо­по­лучная по тенденциям НС.
3. Стабильная НС.
4. Неблагополучная по тенденциям НС.
5. Наркоэпидемия.

Наркосуды — новая эффективная форма организации лечения наркоманов возникшая в ходе реализации программ “Лечебные альтернативы уличной преступности”, позволяющая вывести из системы уголовного правосудия наркоманов, совершивших преступление впервые.

Наркотики (как конфликтологическое понятие) — запрещенный психоактивный товар, который поступает в незаконный оборот по законам рынка, как правило, из законспирированных источников, и потребление которого отдельными группами населения, особенно молодежью, вызывает эпидемию наркомании, а в длительной перспективе формирует наркотическую субкультуру, направленную на разрушение культуры и уничтожение общества. По данным ООН в 2005 году общемировое незаконное производство опия составило — 4 620 тонн, для сравнения в 2004 году было изъято всего 120 тонн опиатов. Каннабис (марихуана и гашиш) незаконно производится в 40 странах мира. Только изъятие марихуаны в 2004 году превысило 6 000 тонн. Производство кокаина в 2005 году составило 910 тонн, для сравнения в 2004 изъято 588 тонн. Общемировое незаконное производство стимуляторов амфетаминового ряда (САР) в 2003 году составило 480 тонн, для сравнения амфетаминов в 2004 году изъято 21 тонна.

Наркотическая идеология — трактовка принципа “свободы и прав человека” в интересах участников НОН в виде совокупности утверждений о полезности или безвредности потребления некоторых наркотиков в целях опьянения; о необходимости снятия запрета и ограничения оборота “легких” наркотиков, о не гуманности контроля, ограничений и санкций государства к лицам, потребляющим наркотики без назначения врача.

Наркоугроза — обусловленная особенностями современного общества, особенностями человека и особенностями наркотических средств или психотропных веществ неспособность части населения противостоять давлению наркосреды приводящая к формированию наркозависимости, утрате гражданских качеств, превращению в нарконаселение, интересы которого вступают в конфликт с интересами государства и граждан не участвующих в НОН.

Наркоэпидемия — это разновидность крайне неблагоприятной наркоситуации возникающей в результате доминирования наркорынка в его противоборстве с государством. Характеризуется высоким удельным весом нарконаселения в административно-территориальном образовании, например, один участник НОН на 100 жителей, а среди молодежи один на 10. Ее возможно преодолеть с помощью антинаркотической политики и регионального антинаркотического управления, если удастся подготовить для правительств субъектов федерации специалистов по магистерской программе “наркоконфликтология”.

Политика — в узком смысле — практика государства, включая действия центрального правительства и местных органов управления, а в широком смысле соотноситься с концепцией власти.

Политика школы в отношении наркотиков — разработанное педагогами, родителями и учащимися школы общее решение, содержащее алгоритмы их действий при подозрении или уверенности в том, что какой-то учащийся потребляет наркотики оформленное в качестве документа и принятое на общем собрании.

Правительственный орган по вопросам антинаркотической политики — орган федерального правительства, организующий реализацию антинаркотической политики страны путем согласования усилий федеральных органов исполнительной власти, силового, социально-экономического, культурного блоков и контроля результативности антинаркотической работы региональных правительств.

Пропаганда наркотиков — распространение идей о приемлемости, модности, дозволенности, безвредности, малой опасности (или позитивных эффектах, превышающих эту опасность) потребления наркотических средств с целью внедрения их в общественное сознание и активизации общества с целью легализации наркотических средств и декриминализации законодательства о наркотиках, повышение толерантности к их потреблению, введение этого потребления в норму общественной жизни.

Профилактика наркомании — совокупность мероприятий политического, экономического, правового, социального, медицинского, педагогического, культурного, физкультурно-спортивного и иного характера, направленных на предупреждение возникновения и распространения наркомании.
Деятельность государственных органов, религиозных конфессий, общественных организаций, бизнес-структур, родителей и просто граждан направленная, во-первых, на недопущение первой пробы наркотиков, во-вторых, на ранние выявление лиц с опытом потребления наркотиков и удержание их от формирования наркозависимости и, в-третьих, на поддержку лиц с диагнозом “наркомания” в устойчивой ремиссии.

Профилактика наркопреступности — деятельность правоохранительных органов, направленная на предупреждение совершения участниками НОН наркопреступлений, например, привлечением к административной ответственности за потребление наркотиков без назначения врача или применением административных санкций за участие в административно-наказуемом НОН.

Региональное антинаркотическое управление — оценка наркоситуации в административно-территориальном образовании, разработка администрацией на ее основе целевой комплексной программы, направленной на улучшение наркоситуации и осуществление этой программы с оптимальными для достижения запланированных результатов затратами.

Результативный антинаркотический менеджмент — система текущего и перспективного планирования, прогнозирования и организации борьбы с доступностью незаконных наркотиков и оказания помощи наркоманам в целях сокращения численности активных наркоманов и уменьшения наркопреступности (десятки возможных вариантов управленческих решений). Антинаркотический менеджмент не дает конкретных рецептов. Он учит тому, как, зная приемы, способы и пути решения тех или иных управленческих задач в сфере социального контроля наркотиков, добиться успеха для конкретного региона (города).

Сикерс (seekers — искатели) — тип “наркомана”, люди которые проводят эксперименты с наркотиками и их эффектами, сравнивая их в поисках истины, и находят в этом смысл человеческого бытия. Их интерес к наркотикам, как правило, не усиливается и по мере взросления может исчезнуть полностью. Некоторые становиться идеологами легализации наркотиков.

Социальная зависимость от наркотиков — внутренняя готовность самому начать потребление, о ней говорят тогда, когда человек еще не начал потреблять наркотики, но вращается в среде наркопотребителей, перенимает их стиль поведения, отношение к наркотикам, внешние атрибуты группы.

Управление — деятельность по разрешению конфликтов ради тех целей и задач, которые определяют суть организации (в нашем случае — суть государства, Г.З.)

Участники наркоконфликта — стороны наркоконфликта, которые имеют или думают, что имеют несовместимые цели. В НК первого порядка это, прежде всего правовое государство и криминальный наркорынок. Для НК второго порядка это все субъекты антинаркотической деятельности или исполнители целевых антинаркотических программ (ФЦП, РЦП, МЦП).

Участники незаконного оборота наркотиков (НОН) — лица, умышленно участвующие в незаконном обороте наркотиков и играющие в нем определенные роли. В соответствии с их ролевыми функциями целесообразно выделять в качестве обязательной фигуры для всех типов НОН следующие основные типы участников — начинающий потребитель, наркоман, розничный сбытчик, оптовый сбытчик, организатор наркобизнеса.

Феномен “жизнестойкие дети” — совокупность общих качеств, экспериментально обнаруженных у выросших в гетто детей из неблагополучных семей, которые позволили им достичь положения уважаемого члена общества: стремление к достижениям, ограниченность контактов, уверенность в себе, высокая адаптивность и независимость.

Экспозиционное давление наркосреды — совокупность внешних факторов, в данный момент влияющих на выбор индивида — пробовать или не пробовать наркотики. Нильс Бейрут определил эти факторы и ранжировал следующим образом:
1) друзья, потребляющие наркотики и их поведение;
2) сложившиеся цены и доступность наркотиков;
3) отношение СМИ и рядовых граждан;
4) действующее законодательство;
5) политика государства в этой сфере;
6) социальные условия;
7) знания о последствия потребления наркотиков и др.

Семинар «Возможна ли координация антинаркотической деятельности без общего для всех языка? 

   Словарь терминов антинаркотической политики и управления

9 февраля 2007 года на факультете философии и политологии СПбГУ состоялся семинар ECAD “Возможна ли координация антинаркотической деятельности без общего для всех языка? Словарь терминов антинаркотической политики и управления”. В нем приняли участие федеральные политики, осознающие свою ответственность за эффективность формирующейся в стране антинаркотической политики, член Совета Федерации ФС РФ (Н.А.Малышева), ФСКН России (Д.В.Костенников, А.С. Яневский), Государственный Думы РФ (Евгений Ройзман) и профессионалы из Белгородской области, Москвы, Нижнего Новгорода, Республики Татарстан, Санкт-Петербурга, Ставрополя и Ступино (Московской области). 

Тема терминологии и формирования общего для всех специалистов языка, занимающихся вопросами организации эффективной антинаркотической политики, безусловно является актуальной и злободневной. 

Естественно, говоря о значении терминов нельзя не остановиться на том, что же заключает в себе само понятие этого явления. Итак, Термин (Terminus, римск.) — бог границы, пограничный или межевой камень. В современном же понимании — это специальное выражение или обозначение, принятое в какой-либо науке или сфере деятельности. 

Как можно заключить из словаря социологии «Специфику появления Терминов и выделения их в особый класс в системе языка определяют два основных элемента: формально выраженная мотивация и автоматизм применения». Слово, которому придается значение термина, вызывает ассоциации, соответственно возникает необходимость к предотвращению ложных ассоциаций, поэтому создание условий для его адекватного восприятия можно только в плоскости мотивации. Как следует из определения того же словаря, «термин должен не только передавать информацию о содержании понятия, но и по возможности указывать на его место в системе подобных понятий, облегчать вход в систему, взаимопонимание, запоминание и применение». Создание нового термина означает введение понятия в автоматическую систему коммуникации. 

Именно этим и занимались все присутствующие на семинаре 9 февраля, а точнее пытались понять, что означают и как используются те или иные термины, в социологии, психологии, медицине и естественно юриспруденции, ведь именно медицинско-юридические термины сейчас имеют наиболее широкое применение, так как именно они прописаны в Федеральном Законе о Наркотических и Психотропных Веществах. 

Но естественно, одного понимания проблемы недостаточно, именно поэтому, участники семинара говорили и об общей координации. То есть о качественно организованной совместной деятельности, имеющей в своей основе общие дефиниции, разрушающие границы недопонимания и улучшающие взаимодействие. Как между специалистами, работающими в разных областях, так и между регионами, разрабатывающих собственные антинаркотические проекты. 

Инна Пик 

Эффективность политики 
Наталья Александровна Малышева в своем вступительном слове, отметила, что по ее мнению, на семинаре созданы все условия для того, чтобы можно было высказать соображения, сомнения, а так же поделиться бесценным опытом. Особенно учитывая то, что в числе участников был и директор ECAD, Томас Халлберг. “Честно говоря, политика так и вырабатывается, когда собираются единомышленники, когда есть возможность откровенно высказаться, так рождаются новые идеи”, — прокомментировала Малышева. 

«Надо называть вещи своими именами» 
В числе прочих участников, на семинаре выступил депутат Государственной Думы, Евгений Ройзман. В своем вступительном слове, он поблагодарил организаторов семинара за удачно выбранную тему, так как, по его мнению сейчас она более чем актуальна. 

точка зрения 
«Военное положение дел» 
На семинаре присутствовало много специалистов, среди которых был и председатель правления АНО “Институт поведения”, Игорь Александрович Кузичев. 

«Обязательная профилактика — гарант формирования нравственности» 
В своем выступлении Андрей Владимирович Квасников, руководитель центра профилактики наркомании и правонарушений Морского Технического Университета, как и многие участники семинара высказался о том, что понимание вопроса терминологии — очень важная тема. 

«Наркомания как социальная эпидемия» 
На исходе ХХ века Россия столкнулась с невиданными ранее массовыми эпидемиями болезней, распространение которых было обусловлено не столько патогенными микроорганизмами, сколько массовыми психическими явлениями, вызывающими значительные социальные сдвиги. 

зарубежный опыт 
«Без общих дефиниций у нас не может быть общей политики» 
Директор ECAD, Томас Халлберг поделился ценным для России шведским опытом, а так же выразил свои соображения по поводу формирования терминов, их смыслов и утверждения в сознании общества. 

наркоконфликтология 
Анализ формы и содержания координации антинаркотической деятельности 
Учитывая то, что каждое «понятие» — это в первую очередь «сконцентрированное знание», возникает следующий вопрос: какие нужны знания, чтобы антинаркотическая политика и антинаркотическое управление были успешны? 

Приложение: 
Словарь терминов 

акцент 
Определимся с понятиями 
«…мы живем в России, а в России координация осуществляется исходя из понимания сути проблемы. Если мы сегодня говорим, что наркоман — это больной человек и мы должны его лечить, то координация будет идти вот таким вот образом. Г.В.Зазулин колоссальную работу проводит с научной точки зрения. Но мы должны понять, наркоман — это больной человек или преступник?» 

мнение власти 
«Проблема в судах» 
На семинаре разговор вёлся по многим направлениям. В том числе и о вопросе конфронтации типов государственной политики в отношении потребления наркотиков — рестрективной и либеральной, и их основного предмета разногласий — легализации марихуаны. 

«Конкретно по существу» 
Выступление Александра Сергеевича Яневского, начальника Управления межведомственного взаимодействия в сфере профилактики ФСКН было структурно разбито на несколько блоков. Первый был посвящен Федеральной Целевой Программе на период 2010–2014 года. 

мнение регионов 
В диалоге края и центра 
Представители регионов: Казани и Ставрополя и Белгородской области, не только делились уже наработанным опытом, но и сетовали на явные недочеты в функционировании государственной антинаркотической политики, которые мешают им в проведении своих собственных эффективных программ.

В своем выступлении Андрей Владимирович Квасников, руководитель центра профилактики наркомании и правонарушений Морского Технического Университета, как и многие участники семинара высказался о том, что понимание вопроса терминологии — очень важная тема. «Язык общества — это культура общества. Каков язык, такова и культура. Тот же язык, который сейчас обозначает нашу современную культуру через сегодняшние СМИ — болезнетворен».

А.В.Квасников, руководитель Центра профилактики наркомании и правонарушений Морского Технического Университета.

Помимо этого, Квасников был солидарен с выступлением Кузичева, отметив то, что даже Владимир Владимирович Путин в своём выступлении, на вопрос о том, «Кто является первыми врагами России?», ответил, что это терроризм и наркомафия. Именно исходя из этой концепции, Андрей Владимирович сделал вывод, что врагов в этом случае, нужно описывать терминами войны, а не отвлеченными, нейтральными понятиями. 
Не обошел он и вопроса профилактики, как наиболее актуального сейчас. Основной акцент Андрей Квасников ставил на формирование идеологии в рамках профилактики, как направления в обучении студентов. «Профилактика — это основа воспитания. Формирование личности через формирование нравственных установок. Но это возможно только в рамках какой-то конкретной идеологии. Какая идеология есть в современной России? 26 декабря, прошлого года, на заседании государственного совета по вопросам культуры, президент говорил, что идеологический вакуум может быть заполнен только гуманитарными, общечеловеческими ценностями», прокомментировал Квасников. Соответственно эти ценности и должны стать основой эффективной профилактики. Но, как отметил Андрей Владимирович, об эффективности сегодняшней профилактики говорить не приходится, когда даже на заседании межведомственной комиссии по Северо-Западу, говорят о том, что 2/3 средств, выделяемых на профилактику, не контролируются. Квасников отметил основные параметры по которым должна определяться эффективность профилактики: 
1. Соответствие профилактических программ существующим нормативным документам. 
2. Прозрачность финансирования профилактических программ, с учетом охвата и контингента респондентов. 
3. Учет усвоения знаний. 
4. Формирование установок на здоровый образ жизни. 
В связи с этой, достаточно структурированной концепцией, Андрей Владимирович поделился конкретным опытом, который сам реализует в своей работе в Морском Университете (кстати, известном ещё как бывшая корабелка — прим корр.). 
«Это обязательная программа для всего первого курса, созданная естественно на базе гуманистических и общечеловеческих ценностей. Мы объясняем своим студентам, что общество потребления, в котором мы живем, заинтересовано в том, чтобы продуцировать потребителей своего продукта. Если студент увидит себя в качестве формирующегося потребителя вредных для него веществ, мы можем говорить о действиях продукта, этапах самопроверки. В конце программы предполагается обязательный зачет по данной дисциплине. Которая называется «Здоровый образ жизни». 
Естественно у зала возник вопрос к Квасникову, а предусматривает ли концепция минобразования данную форму обучения? На что Андрей Владимирович прокомментировал «В этой концепции совершенно четко написано «Использование педагогических и медицинских инновационных психологических технологий». Мало того, там так же отмечено, что это обязательно и должно включаться в состав учебного плана». 
Данный опыт, достаточно активно практикуемый в Морском Институте, к сожалению очень мало пока что используется в практике других ВУЗов. Но формирование у молодых людей установок на здоровый образ жизни, это действительно очень важный процесс, так как он предупреждает дальнейшее развитие проблемы наркомании. По меньшей мере на уровне конкретной личности.

«Анализ формы и содержания координации
антинаркотической деятельности.
Какие понятия нужны в словарь наркокоординатора?»

Георгий Зазулин,
доцент кафедры конфликтологии СПбГУ,
кандидат юридических наук

Георгий Зазулин, доцент кафедры конфликтологии СПбГУ, кандидат юридических наук.

    Учитывая то, что каждое «понятие» — это в первую очередь «сконцентрированное знание», возникает следующий вопрос: какие нужны знания, чтобы антинаркотическая политика и антинаркотическое управление были успешны? Один из моих лучших учителей в сфере наркополитики, Торгни Петерсон убежден, что для успеха в борьбе с наркотиками необходимо всегда учитывать четыре фактора: знания, стратегию, координацию и лидеров. Представляется, что важно рассматривать их именно в такой последовательности. Естественно, в жизни все они скомбинированы, но без такого аналитического группирования их на уровне теоретических ресурсов антинаркотической деятельности, органам власти очень сложно на практике осуществить эффективную антинаркотическую политику. 
    Поэтому сегодня, говоря о словаре понятий необходимых для координации в борьбе с наркоугрозой, мы говорим о знаниях. О знаниях, которые междисциплинарны и одинаково важны для представителей всех профессий. И для медиков, и для педагогов, и для психологов, и для юристов, и для социологов, и для экономистов и для представителей многих других профессий, потому что без них нам невозможно достигнуть необходимого для усиления друг друга взаимопонимания вместо имеющего место ослабления, в преодолении массового злоупотребления наркотиками, наркомании и наркопреступности. 
    Соответственно речь пойдет об общих терминах, которые необходимы для координации действий всех специалистов. Именно поэтому, прежде всего мы должны уточнить, рассмотреть форму и содержание, на мой взгляд, одного из самых сложных из указанных выше четырех терминов — понятие «координации». Что такое координация? По каким признакам можно оценить есть она или нет? Является ли сущностью координации план о намерениях нескольких ведомств или другой совместный документ, например приказ? Думаю что нет, в лучшем случае это претензия на наличие ее формы. На наш взгляд, координация с точки зрения ее содержания бывает достигнута только тогда, когда удается получить общий результат, достигнуть решения такой сложной задачи, которую нельзя решить в одиночку, усилиями только одного ведомства. 
    Мы считаем вопрос создания словаря терминов в целях совершенствования координации борьбы с наркоэпидемией и демонстрации государственного понимания содержания основных понятий наркополитики, очень важным. Он нужен власти в первую очередь для того, чтобы изменить отношение администраций субъектов федерации, администраций муниципалитетов и подразделений межведомственного взаимодействия ФСКН РФ к пониманию своей роли и места в сфере борьбы с наркоугрозой. 
    В связи с этим надо постоянно обращать внимание на две стороны координации: форму и содержание. Поясню различие между ними на примере. Что такое координация по форме можно прочитать в докладе заместителя начальника УМВП ФСКН России. Он опубликован в сборнике документов научно-практической конференции в Екатеринбурге за 2006 год — «Организация работы по профилактике зависимости от психоактивных веществ в ВУЗах, проблемы и перспективы». Автор доклада утверждает, что сегодня уже сформированы основные элементы государственной системы предупреждения наркомании и наркопреступности. Ну а координацию он, вероятно, видит так: «Возобновлена деятельность правительственной комиссии по противодействию…». Действительно она не работала с 2004 года, сейчас же для участия в её заседаниях будут привлекать специалистов из различных министерств, будут приниматься решения. Далее: «При полномочных представителях президента РФ, в федеральных округах, в субъектах РФ, при местных органах, созданы межведомственные антинаркотические комиссии (МВК), эффективно реализующие антинаркотическую политику в целях предупреждения наркомании…». Да, комиссии действительно созданы, они существуют, заседают и принимают решения. Но в то же время автор не отмечает, что решения этих МВК зачастую либо не выполняются, либо имеют характер рекомендаций, либо не представляют труда для исполнения в рамках текущей работы ведомств. Далее: «Принята федеральная программа…». Да, действительно она принята. Является ли она инструментом координации? Конечно, ведь в нее заложены деньги. 
    Соответственно на основе всего выше изложенного возникает уверенность, что координация в борьбе с наркоугрозой у нас существует. Однако нам представляется, что во всех случаях речь идет только о формальной стороне координации. Только на основе формальных признаков автор показывает, что всё идет отлично, проблем с координацией нет, все нормально. Но в тоже время, если мы обратиться к другим, более серьезным документам, позволяющим анализировать содержание координации, то картина получается несколько иной. 
    В 2001 году, в Санкт-Петербурге проходила конференция «Роль государства и общества в противодействии формированию наркобизнеса». Вот сохранившаяся с тех пор программа этой конференции. В качестве приложения организаторы конференции опубликовали в ней Концепцию государственной политики по контролю за наркотиками в Российской Федерации (далее — Концепцию), официально принятую высшим законодательным органом России в 1993 году. Конечно, с точки зрения прошедшего времени она устарела, но с точки зрения выполнения предусмотренных ее задач, которые требуют координации, так как в одиночку их никому не выполнить, эта Концепция до сих пор является мощнейшим координирующим инструментом на уровне стратегии, планирования и контроля. 
    Приведем несколько примеров из ее текста, и вы сами в этом убедитесь. Раздел «Предупреждение незаконного потребления». В нем прямо указано на необходимость «…дать медико-юридическое обоснование и провести комплекс мероприятий по раннему выявлению незаконных потребителей наркотиков». Но на государственном уровне это до сих пор не выполнено и даже не институциализировано. Почему? Потому что, как я говорил выше, в одиночку это не исполнить. Этого не сделать без науки, без образования, без медиков, без силовиков, без руководящей структуры в правительстве субъекта федерации, которая будет этим целенаправленно заниматься, привлекая всех в части их касающейся. 
    Вот другое концептуальное требование: «Разработать научно-обоснованные рекомендации по составлению наркологических просветительных программ для СМИ как местного, так и федерального уровня…». И это так же не выполнено до настоящего времени из-за отсутствия ответственной и нацеленной на выполнение этой задачи структуры, обладающей соответствующим научным и административным потенциалом. 
    Или вот такая дефиниция из этой Концепции о содержании координации, как она понималась еще в 1993 году: «Обобщить накопленный в нашей стране и за рубежом опыт школьного и внешкольного психопрофилактического воспитания…». Опыт так же не обобщен, во всяком случае, нам об этом не известно. Если бы это было сделано, то директора школ давно были бы уже мотивированы на раннее выявление начинающего наркопотребителя, а не боялись вскрытия подобных фактов и неприятных последующих инспекторских проверок вышестоящих чиновников. Вообще надо отметить, что хотя эта Концепция и является официальным документом и утверждена Верховным Советом РФ, до создания ФСКН России ее вообще игнорировали и не замечали. 
    С созданием ФСКН РФ, стало возможно вести речь о состоянии антинаркотической работы в субъектах федерации и мерах по ее усилению. Сегодня, когда мы говорим «антинаркотическое управление», мы стремимся оценить, есть результаты на местах или их нет, и если есть, то в каких показателях они выражены. Потому что мы понимаем, что результаты правоохранительной составляющей, при всей важности их наличия, это далеко не все, что необходимо для ликвидации наркоугрозы в обществе. 
    Сегодня очень много говорят о профилактике, но забывают, что профилактика наркомании и предупреждения наркопреступности, за исключением индивидуального уровня, всегда пребывают в контексте политики и управления. Поэтому в раздаточные материалы семинара вложена резолюция нашего предыдущего семинара по теме: «Новое понимание профилактики наркомании, новые возможности борьбы с наркоугрозой». К сожалению, изучение этой проблемы на семинаре показало, что введение в статью «Основные понятия» ФЗ №3 нового понятия «профилактика наркомании» не даст ожидаемого законодателем эффекта, хотя с другой стороны, дефиниция, составленная на основе раскрытия специфического характера профилактической деятельности в этой области, несомненно, улучшила понимание особенностей профилактики наркомании и даже ее субъектов. Но, как говориться, это уже свершилось, российский законодатель определился с этим понятием, и в 2006 году оно стало ЗАКОНОМ. Вот как раскрывает смысл профилактики наркомании это определение. «Профилактика наркомании — это совокупность мероприятий политического, экономического, правового, социального, медицинского, педагогического, культурного, физкультурно-спортивного и иного характера, направленных на предупреждение возникновения и распространения наркомании». 
    Давайте не будем обращать внимание на явный диссонанс: понятие «наркомания» в этой статье федерального закона раскрыто, как-то уж предельно узко, сугубо медицински, а понятие «профилактика наркомании» наоборот определено максимально широко, междисциплинарно. Попробуем понять, почему активная в сфере антинаркотической политики группа депутатов Государственной думы добивалась 1,5 года того, чтобы это понятие было включено в основной закон о наркотиках? По мнению инициаторов поправок в закон потребность в едином понимании профилактики наркомании обусловлена тем, что в субъектах РФ принимаются программы по профилактике наркомании, на них выделяются деньги, а чиновники не знают, что относиться к профилактике наркомании, а что нет. На какие мероприятия, предлагаемые в профилактических программах или антинаркотических проектах надо выделять деньги, а на какие нет. Например, можно ли финансировать футбольное соревнование из средств антинаркотической целевой региональной программы, или его нельзя рассматривать в качестве мероприятия, относящегося к профилактике наркомании, даже если его будет проводить ФСКН, и соответственно, в финансировании необходимо исходить из других статей бюджета? 
    Новое понятие «профилактики наркомании» удалось внести в федеральный закон, но ту задачу, ради которой это было сделано, а именно, дать оценочные критерии чиновникам для отнесения различных акций и мероприятий к категории профилактических и соответственно финансировать их или нет из ресурсов антинаркотической программы, на наш взгляд, решить не удалось. Поэтому мы в рамках направленного только на эту проблему однодневного семинара попробовали сформировать такое определение понятия «профилактики наркомании», которое решило бы эту задачу, реально наделив контролирующие органы критерием включения мероприятий, в разряд реально относящихся к профилактике наркомании. 
    Представляется, что критериями отнесения конкретного мероприятия к какой-то группе или сфере деятельности могут служить цели этого мероприятия. Это значит, что если цели всех профилактирующих наркоманию мероприятий поддаются группировке в несколько типов, то они могут быть положены в основу его понятия и на практике быть критериями, при решении вопроса о целесообразности финансирования. В реальной практике мы смогли выделить только три типа целей у бесчисленного множества мероприятий профилактирующих наркоманию. Следовательно, в федеральный закон было возможно и необходимо внести такое понятие «профилактики наркомании», смысл которого раскрывался бы через такой признак, как цель. А заодно перечислить в нем основные субъекты профилактики, что тоже было бы полезно, для ориентации чиновника в спорных ситуациях — финансировать/не финансировать предлагаемое мероприятие. Поэтому мы предлагаем на законодательном уровне определить, что «профилактика наркомании — это деятельность государственных органов, религиозных конфессий, общественных организаций, бизнес структур, родителей и граждан, непосредственно направленная, во-первых: на недопущение первой пробы наркотиков, во-вторых: на раннее выявление лиц с опытом потребления наркотиков и удержания их от формирования наркозависимости и, в-третьих: на поддержку лиц для удержания их в устойчивой ремиссии». 
    Но поскольку теперь только что принятый закон по тому же самому поводу никто менять не будет, необходимо рекомендовать это понятие к применению в документах региональных законодательных органов власти, а также включит его в проект новой Концепции государственной политики профилактики наркомании, который ФСКН России обязано разработать в соответствии с п.1 Федеральной целевой антинаркотической программы на 2005-2009 годы. 
    Кроме рассмотренного понятия есть еще два разных, но в чем-то похожих и очень важных для реализации эффективной антинаркотической политики термина. Это термин «концепция профилактики наркомании» и термин «концепция предупреждения наркопреступности». Когда государству и обществу все же придется заняться заменой устаревшей Концепции государственной политики контроля наркотиков в РФ 1993 года на новый, отвечающий современным наркоугрозам стратегический документ аналогичного статуса, нам необходимо будет разобраться, что мы под каждым из них понимаем. 
    Будем ли мы понимать эти понятия, как «научно-обоснованные системы теоретических взглядов, идеологических положений, критических оценок и первоочередных мероприятий, обеспечивающих приоритетность мер по профилактике наркомании и предупреждению наркопреступности перед другими видами противодействия незаконному обороту наркотиков (НОН) в антинаркотической деятельности государственной власти и органов местного самоуправления»? Если так — то прекрасно, потому что провести профилактику на практике, как приоритет — крайне тяжело, вообще пока невозможно. Государственным структурам традиционно проще привлекать к уголовной ответственности новых и ранее судимых участников НОН, проще лечить новых и ранее «пролеченных» наркоманов, чем, опираясь на общественные организации, уберечь подростков от первой пробы наркотика, удержать молодого человека от ведущего к наркозависимости потребления наркотиков, создать условия исключающие срывы у наркоманов, с большим стажем ремиссии. Ведь осуществить это на практике гораздо тяжелей, потому что необходима реальная включенность всех и реальная координирующая сила. 
    Добиться этого — значит изменить отношение органов исполнительной власти к этой проблеме. Но достичь этого можно с помощью нового концептуального антинаркотического управления. Пока же федеральная власть позволяет себе действовать по Концепции 1993 года (устаревшей на 14 лет), органы государственной власти большинства субъектов федерации традиционно будут рассматривать свою роль в борьбе с наркотиками как мизерную, незначительную. Есть, конечно, исключения, но в большинстве случаев даже при наличии межведомственных антинаркотических комиссий и комплексных программ профилактики наркомании, это именно так. В лучшем случае региональная законодательная власть принимает соответствующий закон, но в работе органов исполнительной власти этот закон практически ничего не изменяет. По нашему мнению для органов исполнительной власти регионов, принявших такие законы, они фактически носят декларативный характер. 
    Что касается анализа координации деятельности внутри ФСКН России, то сегодня на нее влияет существование двух тождественных и одновременно взаимоисключающих друг друга схем работы. Одну схему работы реализуют сотрудники подразделений межведомственного взаимодействия в сфере профилактики (МВП), а другую схему воплощают в своей работе сотрудники оперативных и следственных служб, которая охватывает собственно правоохранительную деятельность. 
    Для оперативника и следователя главным является процесс подавления наркобизнеса и его основ, для них «право» и его применение — это главное, а управление наркоситуацией, тем более политическое управление — дело второстепенное, практически их не касающееся. В этом случае приоритетным становится «выбить наркотики с рынка». И таких сотрудников в ФСКН абсолютное большинство (99% вместе со вспомогательными структурами) — это силовые единицы ФСКН. См. рис.1

 
Рис.1. Приоритеты в работе сотрудников оперативных и следственных служб ФСКН России.

    В работе МВП всё наоборот. Для этих сотрудников первостепенная задача — это антинаркотическое управление и антинаркотическая политика направленные на ликвидацию отечественного наркорынока в муниципалитетах и субъектах федерации в принципе. Таких сотрудников единицы — это интеллектуальные или, если можно так выразиться, «мозговые единицы» ФСКН. Смотри рис. 2.

 
Рис. 2. Приоритеты в работе сотрудников МВП ФСКН России

    Они взаимодействуют с межведомственной комиссией правительства субъекта федерации и «морально» отвечают за эффективность/неэффективность ее работы. Политика для такого сотрудника — прежде всего постановка целей и задач, фиксация рассогласованности в деятельности органов власти разных профилей, уровней и деятельность по их устранению. 
    Такое положение дел, есть следствие указа Президента РФ, на основе которого создана федеральная служба по контролю за наркотиками и не только. Перед ФСКН было поставлено шесть задач, где четыре фактически однотипны, то есть чисто правоохранительные. И на их осуществление выделено, если считать с сотрудниками обеспечения, около 39 600 человек. А на два другие важнейшие задачи, направленные именно на антинаркотическую политику и антинаркотическое управление нынешнее руководство ФСКН определило мизерную численность, всего около 400 человек. 
    Поэтому в России сложился экономически затратный механизм борьбы с наркоугрозой, обусловленный реальным перевесом приоритетов решения первых четырех правоприменительных задачах, заключающихся в изъятие наркотика с рынка, перед решением двух других задач политического управления, выполнение которых способно обеспечить реализацию на практике принципа приоритета профилактики наркомании перед ее лечением и предупреждения наркопреступности перед уголовно-правовой борьбой с ней в каждом субъекте Российской Федерации. 
    Ведь если говорить на чистоту, то для родителей, чьи дети идут в школу, или поступают в ВУЗы, уезжая в другие города, по сути ничего не меняется от того, что по всей в стране изъято за год две, 4 или даже 14 тонн героина. Для них важно знать другое. Что в образовательных учреждениях, в которых учатся их дети, реализуется политическая воля государства, представленная такими программами, которые позволяют сразу «схватить за руку» и остановить ученика или студента, как только он начнет потреблять незаконные наркотики. Или, по крайней мере, не позволять ему вовлекать в наркотизации новых учеников, демонстрируя им безнаказность нарушения правил внутреннего распорядка, устава образовательного учреждения и остальных административных и уголовных законов страны в течение учебного года. Ведь как налогоплательщики они имеют полное право на то, чтобы в государственных образовательных учреждениях действовали эффективные алгоритмы школьной политики исключающие возможность пробовать незаконные наркотики, приобщиться к их регулярному потреблению, стать наркоманом. Еще в большей степени это относиться к местам досуга молодежи. Однако в этом направлении российская антинаркотическая политики практически не меняется, не смотря на создание ФСКН России. 
    Противоположность направления интересов структурных подразделений ФСКН, не может не приводить к их столкновению. В этом нет ничего страшного, так как конфликт — это не обязательно что-то плохое. Конфликтология рассматривает конфликты в качестве неотъемлемого явления социальной, да и вообще любой жизни. Скорее наоборот, это должно помочь власти осознать необходимость конфликтного подхода к анализу всей наркореальности, раз уж это имеет место даже внутри самой ФСКН России. 
    Этот подход позволяет понять, что «наркоситуация» в любом городе или субъекте федерации — это не только формат правового понятия, определяемого через структуру, уровень и динамику наркопреступности, как ее понимает большинство криминологов и юристов. Наркоситуацию на территории любого административно-территориального образования необходимо так же анализировать еще и с междисциплинарных позиций, используя конфликтный подход. 
    С позиции конфликтологического подхода наркоситуация — это всегда соотношение сил «за» наркотики и «против». Федеральная служба, в которой ставятся задачи, заниматься не только правоохранительной деятельностью, но и политикой, управлением и координацией — это естественно мощная сила на стороне «против». Но состоится ли служба МВП, как эффективная управленческая структура, открытая для социального партнерства с граждански активным населением, в закрытой правоохранительной спецслужбе остается большим вопросом? Если нет, то тогда не будет решения проблемы, которое ждет от нее общество. Необходимо стремиться, чтобы ожидания общества и результаты работы ФСКН совпадали. 
    Поэтому создать вместе единый словарь понятий, необходимых для становления целостной антинаркотической политики и эффективного антинаркотического управления, и вооружить им наркокоординаторов из числа государственных служащих и лидеров общественных организаций — это серьезный шаг в этом направлении.

«Военное положение дел»

На семинаре присутствовало много специалистов, среди которых был и председатель правления АНО “Институт поведения”, Игорь Александрович Кузичев. Учитывая специфику его профессиональной деятельности и прошлый опыт работы, а как следовало из его слов, он бывший филолог, Военного Института Иностранных Языков (ВИИЯ), Игорь Александрович сразу попытался в своем выступлении задать особый вектор к последующей дискуссии.

И.А.Кузичев, председатель правления АНО “Институт Поведения”

Кузичев охарактеризовал нынешнее положение дел в отношении наркотизации государства, как военное положение. “Нужно осознавать ситуацию де-факто. И как кадровый военный офицер я должен сказать гражданским людям — это война. Это не подготовка, не действия спецслужб или бандитских групп в мирное время, которые себе на карман что-то кладут. Это организованные действия, которые уже сегодня можно квалифицировать как военные действия, как по масштабу, так по финансовому ресурсу, так и по организационному ресурсу, который действует внутри страны”. 
И в связи с этим мы совершенно некомпетентно пытаемся в военное время выражаться гражданским языком. Именно поэтому появляются проблемы в судах, относительно дел касаемых наркопреступности. 
Но пока у общества нет осознания действительного, устрашающего положения дел. Ведь, исходя из примеров Кузичева, когда говорят, что: “В детском саду отравилось 10 человек” — все об этом знают и СМИ готовы писать на эту тему бесплатно, но к знанию о том, что около 140 миллионов человек находятся в заложниках у наркомафии, общество относится равнодушно. Мало того, те же СМИ требуют деньги за публикацию антинаркотической пропаганды. 
По словам Игоря Александровича, наше поведение не начнет меняться до тех пор, пока терминам не будут присвоены адекватные значения. Мы знаем, что такое агрессия, связанная с бомбой, которая может взорваться в любую секунду, но что такое агрессия связанная с наркоманией, нам пока не объяснили. “Нужно менять не только стилистику, но и суть терминов, а для этого следует осознать реальность ситуации. Терминами формируется политика и ее эффективность повышается в зависимости от того, как она сформулирована”, заключил Игорь Александрович Кузичев.

«Проблема в судах»

На семинаре разговор вёлся по многим направлениям. В том числе и о вопросе конфронтации типов государственной политики в отношении потребления наркотиков — рестрективной и либеральной, и их основного предмета разногласий — легализации марихуаны. По данному вопросу, со своими комментариями выступил Дмитрий Вячеславович Костенников, руководитель международно-правового департамента ФСКН России: «В последнее время прослеживается столкновение между сторонниками либеральной политики и рестриктивной. Отношение к марихуане находится на стыке борьбы между этими двумя направлениями, что на наш взгляд несет попытки пробить брешь в ограничительной политике. Во-первых — чтобы общество допускало немедицинское потребление психоактивных веществ, во вторых — чтобы привлечь финансовые средства в наркобизнес. Поскольку продажа этого вещества нелегальна, то весь бизнес связанный с марихуаной — нелегален. Отсюда следует то, что любой потребляющий этот, так называемый, «легкий» наркотик вкладывает свои деньги в формирование преступных механизмов. Марихуана сейчас является не единственным наркотиком, который пробуют легализовать. Наверно многие знают о том, что политическое руководство Боливии предпринимает шаги и проводит серьезную кампанию по легализации коки. С тем, чтобы можно было легально производить кокаиновый лист и использовать его для легального производства самых различных продуктов: медицинских средств, напитков, использования его в пищевой промышленности и так далее. На мой взгляд в тех государствах, в которых появляются, к примеру, музеи марихуаны прослеживается определенная сдача позиций перед напором наркобизнеса. Но с другой стороны — это двойные стандарты, с которыми мы сталкиваемся, когда денежные интересы перевешивают интересы общества. Я полагаю, что в России, о легализации марихуаны, а тем более других средств и психотропных веществ, которые запрещены международными конвенциями, речи быть не может».

Д.В.Костенников, руководитель Международно-правового департамента ФСКН России.

Помимо рассмотрения достаточно скользкого вопроса легализации, Дмитрий Вячеславович так же отразил свое видение собственно касаемо непосредственной темы семинара — терминологии. Здесь он отметил, что сегодня, та терминология которую человек использует, фактически дает возможность увидеть то, что он сам из себя предствавляет. Либо это человек относящийся к стороне «за» наркотики, либо «против», либо это человек, который просто не знает проблемы. Но гораздо сложнее дело обстоит в судебной практике. «Мне приходится читать достаточно большое количество судебных решений, и я вижу некомпетентность наших судей. В основном она проявляется в делах посвященных вопросам незаконного оборота наркотических веществ и в той или иной степени пропаганде наркотиков. Идут неправильные квалификации, отсутствует единая судебная практика». По мнению Костенникова в данном положении дел вся ответственность ложится на высшую судебную инстанцию, которая по его мнению прилагает не достаточно усилий к тому, чтобы эта практика стала единой. Естественно делаются какие-то шаги в этом направлении, к примеру выпущено постановление пленума верховного суда, который обобщил имеющуюся практику по применению действующего законодательства, но это было сделано только в сфере уголовного судопроизводства. 
Основным препятствием в развитии данного направления Дмитрий Вячеславович отметил те самые круги, которые сознательно работают на наркобизнес. Ведь именно в моменты принятия законодательных и правовых решений в плане издания подзаконных нормативных актов, они пытаются воздействовать на государственную думу, на правительство и на различные ведомства. Естественно, где-то они находят соответствующий отклик, поэтому все законодательные акты, которые направлены на укрепление рестриктивной политики, принимаются постоянно с большим трудом. Но после того как законодательные акты приняты, эти круги пытаются влиять уже на складывающуюся судебную практику. Это можно было заметить даже на принятии пленума верховного суда, который проходил в очень больших спорах. Далее по схеме противодействия идут обращения в конституционный суд, для того чтобы ослабить применение законодательных и правовых актов, которые были приняты в плане рестриктивной политики. «На мой взгляд, наша задача — это, с одной стороны, совершенствование терминологии связанной с регулированием данной проблемы в правовых актах. И, поскольку политика государства в этой сфере в первую очередь выражается в форме права, то нам нужно внедрять правовые понятия в практику, прежде всего нашей госсистемы, правоохранительных органов, судебной системы. С другой стороны мы должны складывать ту терминологию, которая необходима для работы с широкой общественностью, в сфере профилактики наркомании, для того, чтобы вооружить людей которые занимаются пропагандой в этой сфере теми социально, эмоционально и мотивационно окрашенными терминами, которые позволяли бы им успешно осуществлять свою работу», прокомментировал Костенников.

Эффективность политики

Наталья Александровна Малышева в своем вступительном слове, отметила, что по ее мнению, на семинаре созданы все условия для того, чтобы можно было высказать соображения, сомнения, а так же поделиться бесценным опытом. Особенно учитывая то, что в числе участников был и директор ECAD, Томас Халлберг. “Честно говоря, политика так и вырабатывается, когда собираются единомышленники, когда есть возможность откровенно высказаться, так рождаются новые идеи”, — прокомментировала Малышева.

Наталья Александровна Малышева

Борьба с наркоманией, по словам Натальи Александровны, это общенародное дело, особенно то, что касается социальных аспектов. Работа, которую мы видим сегодня по противодействию наркотрафику, действительно эффективна. Мы слышим о тоннах задержанных наркотических средств, которые не попадают на рынок. Но сам рынок, в первую очередь, функционирует по основному закону: “спрос рождает предложение”. Борьба же со спросом — это и есть тот самый социальный аспект противодействия наркомании. Основным недочетом, который негативно сказывается на качестве социального противодействия наркообороту, Малышева считает недостаточную координацию, при которой совершенно непонятна степень эффективности тех или иных механизмов. “И вот здесь, для того, чтобы действительно говорить о борьбе с наркоманией нужно начать со слов, а что мы под чем понимаем? На каком языке мы говорим? И всегда ли, человек говоря какую-то фразу уверен, что его поняли именно так”, — прокомментировала Наталья Александровна. 

По словам Малышевой, без “эффективности”, оценки ее критериев и механизмов функционирования, невозможно строить качественную антинаркотическую политику. При этом, Наталья Александровна отметила, что и в словаре ФСКН, среди многочисленных определений типа: “политика — это…”, она не увидела данного термина. 

Почему же принципиально важно включить это понятие в общий терминологический словарь? Дело в том, что негативный оттенок отсутствия слова “эффективность” четко виден по ныне действующей Федеральной Целевой Программе, в частности, что касается раздела посвященного профилактике. Как высказалась Наталья Малышева, — ”В программе, на странице 12 есть такая фраза: “Существует вероятность временного повышения, в период реализации программы, спроса на наркотики, который явится реакцией части подростково-молодежного контингента на проведение в СМИ социальной рекламы антинаркотической направленности”. То есть заранее прогнозируется, что под видом антинаркотической пропаганды будет размещаться скрытая пропаганда наркотиков”. 

При этом нельзя забывать, что “профилактика” — это по своей сути, создание особого восприятия общества. Начиная с самого маленького возраста, отношения к наркотикам в определенном, негативном эмоциональном ключе. Создание информационного пространства — это работа средств массовой информации. Но создание нужного информационного пространства — это непосредственная работа с самими СМИ. По словам Малышевой, это может быть и создание совета редакторов, и создание особых договорных правил, и обучение работников СМИ, и организация для них специальных семинаров, — “Чтобы они соображали чего они делают, к чему это может привести. К ответственности за это” — прокомментировала Наталья Александровна. 

Что же касается профилактики, как работы с конкретными целевыми группами, то существуют определенные технологии, но по мнению Малышевой, из всего “моря” того, что есть нужно выбрать самые эффективные. Именно поэтому, должны быть те, особые критерии оценки их эффективности. Кто это будет делать? Естественно должен быть заказ. Сейчас заказчик ФСКН, соответственно, по мнению Натальи Александровны, им необходимо поставить задачу об изменении политики в области наркомании. Помимо этого, в Совете Федерации уже два года существует координационный совет по социальной стратегии и по теме связанной с противодействием потреблению наркотиков. Существуют особые группы, а так же специальные разработки. 

В заключительной речи, Наталья Александровна вновь вернулась к позитивному качеству семинара, проявленного в том, что во всем многообразии рассматриваемых вопросов, проблем и тем, есть возможность посмотреть на все вместе и увидеть “каждую клеточку данного процесса”. При этом, состав семинара, на котором присутствовали власти, представители общественных организаций и профессионалы из разных сфер, дал все шансы к координации общих действий. Как выразилась Малышева, — “Мне кажется, что у нас есть возможность на основе нашего общего мнения в рамках данного семинара с международным участием и опытом, выйти с какой-то определенной позицией”. 9–10 апреля, состоится конференция которую будет организовывать общественная палата при участии других, не менее значимых организаций. Выступление на данной конференции с четкой и определенной концепцией, будет шагом вперед. “А не просто позицией тех кто здесь находится” — заключила Наталья Александровна Малышева.

«Надо называть вещи своими именами»

Инна Пик, магистрант СПбГУ
текст и интервью с Евгением Ройзманом, депутатом Государственной Думы РФ.

   9 февраля 2007 года, Международный центр ECAD/СПбГУ провел очередной научно-практический семинар, «Возможна ли координация антинаркотической деятельности без общего для всех языка? Словарь терминов». 
    В числе заметных участников, на семинаре так же присутствовал депутат Государственной Думы, Евгений Ройзман. В своем вступительном слове, он поблагодарил организаторов семинара за удачно выбранную тему, так как, по его мнению, сейчас она более чем актуальна. И, несмотря на то, что, как выразился Евгений Вадимович, — «Одна из наиболее основных проблем ECAD — это высокий интеллектуальный уровень», из-за которого некоторые понятия порой «невозможно замкнуть на обыденное понимание», в этот раз всё оказалось достаточно прозрачно, интересно и важно. 
    Актуальность данной темы, по мнению Ройзмана в том, что сегодня нам навязывают нейтральные, не говорящие об угрозе термины, такие как «наркомания», «наркотики», «наркобизнес», «наркобарон», «наркодиллер», «наркооборот» и так далее. Но уже давно пора понять, что нужно называть вещи и действия своими именами. 
    Как заметил Евгений Вадимович, «На протяжении последних лет мы наблюдаем снижающуюся агрессивность терминов. Слова перестали нести нагрузку». В молодежную среду, как в наиболее восприимчивую часть социума внедряют «лёгкие» и «пушистые» термины, вводящие молодых людей в заблуждение, дизариентирующие их. 
    Евгений Ройзман на собственном опыте знает все негативные стороны данного процесса, именно поэтому в качестве примера он привел такую ситуацию: «В свое время, фонду «Город без наркотиков» в Екатеринбурге удалось переломить молодежный слоган: «Кто не колется — тот лох», в обратный по смыслу слоган: «Кто колется — тот чухан» и ситуация с повальным потреблением наркотиков стала меняться в обратную сторону», соответственно, одними терминами, при внедрении их в общественное сознание, возможно перевернуть даже наркоситуацию в городе. Но это, что касается массового сознания. 
    В ситуации с информационными сводками Госнаркоконтроля (ГНК), Евгений Вадимович выразил свои пожелания к оживлению их сухого, концелярского стиля. К примеру, нейтральный смысловой ряд «Задержан такой-то неработающий гражданин одной из стран Средней Азии, при попытке сбыта сильнодействующего наркотика…», нужно заменить на «Задержали туниядца, который приехал торговать наркотиками и убивать наших детей» — «Это будет выглядеть совсем по-другому, это будет действовать», — говорит Евгений Ройзман. Естественно нужно учитывать, что где-то ГНК по статусу просто не может себе позволить употребление экспрессивной лексики, в этом случае нужно подключать многочисленные общественные организации, которые будут говорить вслух, не боясь называть наркоторговцев «людоедами». 
    Учитывая то, что Евгений Вадимович, ввиду своей занятости, не частый гость подобных мероприятий в Петербурге, уже в «кулуарах» я задала ему ещё несколько вопросов по данной теме.

Корр. — Скажите пожалуйста, вот Вы сегодня много говорили о том, что нам навязываются размытые термины, как вы думаете, с чем в первую очередь это может быть связано? 
Е.Р. — Я считаю, что это всё западные веяния движений за легализацию, от которых нужно по возможности как можно быстрее отказываться. 
Корр. — Я знаю, что вы ведете «Живой Журнал» в сети интернет, сталкиваетесь ли вы с тем, что «френды» (люди, которые имеют возможность читать и комментировать записи в ЖЖ — прим.корр), недопонимают Вас, или понимают информацию как-то искаженно? 
Е.Р. — Я думаю, такого не бывает. Просто я за статичные, жесткие термины, которые обозначают именно тот смысл, который в них вкладывается. Я говорю не «драгдиллер», а «людоед», не «наркозависимый», а «нарколыга». 
Корр. — В своем вступительном слове и сейчас, вы делаете основной акцент на моложежь, что же на ваш взгляд, самое важное в работе с терминами, учитывая такую специфику? 
Е.Р. — Я считаю, что в первую очередь нужно называть вещи своими именами, а не бояться и не вуалировать их. А молодое поколение особенно должно знать настоящую суть вещей, чтобы разбираться в ситуации, чтобы суметь противостоять ей.

«Эффективность политики»

Инна Пик,
бакалавр журналистики СПбГУ,магистрант кафедры конфликтологии СПбГУ
Текст подготовлен на основе выступления представителя Совета Федерации
Натальи Александровны Малышевой на Семинаре ECAD
«Возможна ли координация антинаркотической деятельности без общего
для всех языка? Словарь терминов»

9 февраля, в семинаре, посвященном вопросам создания общего словаря терминов для более эффективной антинаркотической российской политики, участвовала член Совета ФедерацииНаталья Александровна Малышева. В своем вступительном слове, она отметила, что по ее мнению, на семинаре созданы все условия для того, чтобы можно было высказать соображения, сомнения, а так же поделиться бесценным опытом. Особенно учитывая то, что в числе участников был и директор ECAD, Томас Халберг. «Честно говоря, политика так и вырабатывается, когда собираются единомышленники, когда есть возможность откровенно высказаться, так рождаются новые идеи», — прокомментировала Малышева. 
    Борьба с наркоманией, по словам Натальи Александровны, это общенародное дело, особенно то, что касается социальных аспектов. Работа, которую мы видим сегодня по противодействию нарко-трафику, действительно эффективна. Мы слышим о тоннах изъятых наркотических средств, которые не попадают на рынок. Но сам рынок, в первую очередь, функционирует по основному закону: «спрос рождает предложение». Борьба же со спросом — это и есть тот самый социальный аспект противодействия наркомании. 
    Основным недочетом, который негативно сказывается на качестве социального противодействия наркообороту, Малышева считает недостаточную координацию, при которой совершенно непонятна степень эффективности тех или иных механизмов. «И вот здесь, для того, чтобы действительно говорить о борьбе с наркоманией нужно начать со слов, а что мы под чем понимаем? На каком языке мы говорим? И всегда ли, человек говоря какую-то фразу уверен, что его поняли именно так», — прокомментировала Наталья Александровна. 
    По словам Малышевой, без «эффективности», оценки ее критериев и механизмов функционирования, невозможно строить качественную антинаркотическую политику. При этом, Наталья Александровна отметила, что и в словаре ФСКН, среди многочисленных определений типа: «политика — это…», она не увидела данного термина. 
    Почему же принципиально важно включить это понятие в общий терминологический словарь? 
    Дело в том, что негативный оттенок отсутствия слова «эффективность» четко виден по ныне действующей Федеральной Целевой Программе, в частности, что касается раздела посвященного профилактике наркомании. Как высказалась Наталья Малышева, — «В программе, на странице 12 есть такая фраза: «Существует вероятность временного повышения, в период реализации программы, спроса на наркотики, который явится реакцией части подростково-молодежного контингента на проведение в СМИ социальной рекламы антинаркотической направленности». То есть заранее прогнозируется, что под видом антинаркотической пропаганды будет размещаться скрытая пропаганда наркотиков». 
    При этом нельзя забывать, что «профилактика» — это по своей сути, создание особого восприятия общества. Начиная с самого маленького возраста, отношения к наркотикам в определенном, негативном эмоциональном ключе. Создание информационного пространства — это работа средств массовой информации. Но создание нужного информационного пространства — это непосредственная работа с самими СМИ. По словам Малышевой, это может быть и создание совета редакторов, и создание особых договорных правил, и обучение работников СМИ, и организация для них специальных семинаров, — «Чтобы они соображали чего они делают, к чему это может привести. К ответственности за это» — прокомментировала Наталья Александровна. 
    Что же касается профилактики наркомании, как работы с конкретными целевыми группами, то существуют определенные технологии, но, по мнению Малышевой, из всего моря того, что есть нужно выбрать самые эффективные. Именно поэтому, должны быть те, особые критерии оценки их эффективности. 
    Кто это будет делать? Естественно должен быть заказ. Сейчас заказчик ФСКН, соответственно, по мнению Натальи Александровны, им необходимо поставить задачу об изменении политики в области наркомании. Помимо этого, в Совете Федерации уже 2 года существует координационный совет по социальной стратегии и по теме связанной с противодействием потреблению наркотиков. Существуют особые группы, а так же специальные разработки. 
    В заключительной речи, Наталья Александровна вновь вернулась к позитивному качеству семинара, проявленного в том, что во всем многообразии рассматриваемых вопросов, проблем и тем, есть возможность посмотреть на все вместе и увидеть «каждую клеточку данного процесса». При этом, состав семинара, на котором присутствовали власти, представители общественных организаций и профессионалы из разных сфер, дал все шансы к координации общих действий. 
    Как выразилась Малышева, — «Мне кажется, что у нас есть возможность на основе нашего общего мнения в рамках данного семинара с международным участием и опытом, выйти с какой-то определенной позицией». 30-31 марта, состоится конференция, которую будет организовывать Общественная палата при участии других, не менее значимых организаций. Выступление на данной конференции с четкой и определенной концепцией, будет шагом вперед. «А не просто позицией тех, кто здесь находится» — заключила Наталья Александровна Малышева.