• Глава администрации города осознает отсутствие реальной координации территориальных антинаркотических структур как проблему, которую должен решить.
• Глава администрации города понимает, что ответственный секретарь МВК не имеет статуса достаточного для координации начальников Управлений (отделов) и вводит должность Помощника по антинаркотическому управлению (финансирование за счет сокращения одной должности исполнителя в каждой антинаркотической структуре — тяжелое решение, но другого выхода нет).
• Глава администрации города понимает, что в борьбе с наркотиками без опоры на население не добиться успеха и объявляет городской конкурс с понятной населению целью — выбрать лучшую кандидатуру на должность Помощника (критерии: междисциплинарное понимании наркомании и доверие населения).

1. Выявление лучшего (на основе предложенных им проекта должностной инструкции и плана борьбы с наркотиками) и назначение на должность.

• Администрация города в лице помощник Главы формирует творческий коллектив экспертов для разработки на 2- 3 года целевой городской программы «Город без наркотиков» и обеспечивает его аналитическими отчетами всех антинаркотических территориальных структур и независимых источников (НГО, журналисты и т.д.).
• Творческая группа экспертов (ее работой руководит Помощник) уясняет цель (сокращение количества активных наркоманов и уменьшение наркопреступности), планируемые администрацией количественные показатели ее достижения и имеющиеся ресурсы (размеры целевого финансирования, оценка мощности и «узких мест» каждой антинаркотических структуры) для их достижения.
• Творческая группа (в работе участвует Помощник) строит дерево целей, определяет иерархию целей и перечень мероприятий необходимых для их достижения (технология исполнения, исполнители, сроки, формы всех видов контроля, критерий оценки) и пишет текст городской целевой антинаркотической программы.
• Зашита программы у Главы (при участии руководителей территориальных структур, которые должны будут окончательно уяснить свои новые задачи, негативные последствия в свой адрес в случае их плохого решения, критерии оценки и т.д.), придание ей статуса официального документа. Оплата работы экспертов.

• Помощник получает по определенной форме из каждой территориальной структуры информацию за сутки и с нарастающим итогом в виде показателей, отражающих выполнение программы, которые взяты на контроль администраций (как правило, министерства и ведомства их не контролируют).
• Помощник анализирует полученную информацию, включая сравнение ее с другими административно — территориальными образованиями, контролирует ее достоверность, оценивает результативность работы территориальных антинаркотических структур по выполнению программы за отчетный период и готовит распоряжения Главы о поощрении лучших.
• Помощник оказывает помощь руководителям территориальных структур, остающимся в плену узко ведомственного подхода и добивается изменения их отношения к делу в сторону соответствия требованиям Программы.
• Помощник организует разработку в соответствии с разделом I отраслевых целевых антинаркотических программ, их утверждение Главой и на их основе работу над стратегическим планом борьбы с наркотиками в городе.

Такими программами являются:
• целевая программа Санкт-Петербурга «Дети-сироты» на 2002-2004 годы, принятая Законом Санкт-Петербурга от 17.12.2001 № 824-110;
• целевая программа Санкт-Петербурга «Комплексные меры противодействия злоупотреблению наркотиками и их незаконному обороту» на 2002-2005 годы, принятая Законом Санкт-Петербурга от 08.02.2002 № 43-10.

Программа «Дети-сироты» на 2002-2005 годы включает следующие разделы:
1. Предупреждение социального сиротства, выявление детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, охрана их прав и устройство в соответствующие учреждения, предусматривающие, прежде всего, решение организационно-методологических вопросов, а также формирования общественного мнения по решению проблем сиротства через средства массовой информации.
2. Совершенствование процесса социализации детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, оказание им правовой, медицинской, психолого-педагогической помощи путем проведения мониторинга личностного и интеллектуального развития детей, и разработки на его основе реабилитационных программ, специальных тренингов. Предусматривается апробация новых форм включения детей в культурную и спортивную сферы жизни общества, совершенствование сети учреждений для детей сирот и детей, оставшихся без попечения родителей.
3. Подготовка и переподготовка кадров для работы с указанным контингентом детей.
4. Ресурсное обеспечение процесса социализации детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей.

    В качестве основных разработчиков Программы определены следующие Комитеты Администрации Санкт-Петербурга: по образованию, по здравоохранению, по труду и социальной защите населения, по жилищной политике и по строительству. 
    Финансирование основных мероприятий Программы осуществляется за счет средств бюджета Санкт-Петербурга. Общий объем финансирования составляет 60029,5 тыс. руб., в том числе по годам: 2002 год — 19428,9 тыс. руб.; 2003 год — 20266,8 тыс. руб.; 2004 год — 20333,8 тыс. руб.

Программа «Комплексные меры противодействия злоупотреблению наркотиками и их незаконному обороту» (в дальнейшем — «Антинаркотизм») на 2002-2005 годы включает следующие группы мероприятий:
1. Организационные и правовые меры по противодействию злоупотреблению наркотиками, предусматривающие совершенствование законодательства Санкт-Петербурга в этой области.
2. Профилактика злоупотребления наркотиками, в состав которого входят мероприятия по образованию и подготовке специалистов, занимающихся профилактикой наркомании, массовая антинаркотическая профилактическая работа с целевыми группами и населением в целом, научно-исследовательские работы в области профилактики наркомании, организация и развитие сети профилактических антинаркотических подразделений и учреждений в молодежной, образовательной среде, системе здравоохранения, в военкоматах.
3. Лечение и реабилитация больных наркоманией, предусматривающая образовательную деятельность в области лечения наркомании и реабилитации больных наркоманией, работу с целевыми группами, научно-исследовательскую работу в данной области и укрепление материально-технической базы.
4. Борьба с незаконным оборотом наркотиков.
5. Международное и межведомственное сотрудничество в области противодействия злоупотреблению наркотиками.

    Объем финансирования за счет средств бюджета Санкт-Петербурга составляет 347958,6 тыс. руб., в том числе по годам: 2002 год — 91694,4 тыс. руб.; 2003 год — 86563,9 тыс. руб.; 2004 год — 93831,9 тыс. руб.; 2005 год — 75868,4 тыс. руб.

    Возможности оценки степени достижения целей программы

Рассмотрение разделов паспорта программы «Ожидаемые конечные результаты реализации Программы» позволяет выделить 4 типа формулировок, отличающихся тем, как можно оценить степень достижение этих результатов:
• конкретные цифровые показатели (типа «снижение [вероятно, точнее было бы сказать «сокращение»] на 30% диабетологических коек в эндокринных отделениях стационаров», «увеличение продолжительности жизни больных диабетом в среднем на 5 лет», «снижение (до 25%) затрат бюджетных средств на лечение больных диабетом с обеспечением экономии в размере 3-4 рублей на каждый рубль, вложенный в реализацию Программы»), ;
• характеристики тенденции (типа «разукрупнения системы учреждений для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей» или «приостановление роста злоупотребления наркотиками»), которые не имеют количественных оценок намечаемых изменений, но задают направление динамики величин показателей, характеризующих состояние проблемы, за период действия программы;
• сформулированные качественно, в словесной форме, ожидаемые результаты действий по программе, факт достижения которых возможен (например: «разработка новых образовательных технологий в системе образования, воспитания и развития детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, стимулирующих их социализацию», «внедрение новых форм организации досуга, летнего отдыха детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей», «осуществление мониторинга фактических масштабов распространения наркомании, незаконного оборота наркотиков в Санкт-Петербурге» и т.д.);
• сформулированные в текстовой форме, проверка достижения которых представляется весьма проблематичной из-за отсутствия или нечеткости формулировки критериев оценки (например: «оптимизация затрат на профилактику, лечение наркомании и реабилитацию больных наркоманией», «создание на региональном уровне условий для комплексной поддержки семьи, направленных на преодоление социального сиротства»).

В сегменте бюджетного процесса, связанного с формированием и осуществлением целевых социальных программ, необходимо учитывать:
1. Важность формирования целей, ради достижения которых организуются целевые программы, в языке и подробности, делающих их понятными широкой общественности. Этот процесс включает разнообразные компоненты — от создания общественного мнения в СМИ, на различных публичных мероприятиях. слушаниях и т.п., до оппонирования предлагаемым вариантам решения социальных проблем на различных общественных слушаниях и обсуждениях. В этом процессе должны быть представлены соответствующие группы населения, у которых есть специфические интересы, требующие внимания властей.
2. Важность перевода целей в конкретные показатели мероприятий, которые делали бы возможным общественный и профессиональный контроль, а при достаточном уровне организации — и мониторинг состояния социальных проблем, решаемых данной программой. Такая функция безусловно выполнима на качественном уровне, когда НКО аккумулирует практику столкновения с проблемой своих членов или подопечных, выявляет случаи ее обострений и успешных разрешений. При некоторых дополнительных условиях (навыках описания своей деятельности с использованием показателей, делающих информацию сравнимой) НКО могут стать важным источником информации о количественной стороне проблем (ее массовости в разных социальных сообществах, распространенности ее вариантов и т.п.). В наибольшем развитии эта деятельность может превращаться в объединение информации многих НКО по той или иной социальной проблеме в единых базах данных, как важнейших источниках информации для принятия решений органами власти.
3. При проектировании социальных программ должна быть обеспечена высокая детализация программных мероприятий, достижения прозрачности их содержания и расходов на их осуществление. Для этого надо стремиться к выполнению следующих условий: 
          — доступ к проектам законов о намечаемых целевых социальных программах; 
          — наличие контактов с профильными органами исполнительной (отраслевые подразделения) и законодательной (соответствующие депутатские комиссии) власти; 
          — готовность к освоению новой информации и диалогу с другими участниками взаимодействия властных структур и структур гражданского общества.
4. При разработке долгосрочных программ, где детализацию мероприятий отдаленных периодов чревата бессмысленным прожектерством, целесообразно прописывать процедуры уточнения содержания мероприятий и расходов на их проведение, при участии общественного контроля за формированием и реализацией нормативов оказания социальных услуг и затрат на их оказание. В наиболее полной степени эта направление деятельности может проявиться при проведении конкурсов на выполнение функций использования бюджетных средств для оказания социальных услуг гражданам. Здесь НКО становятся реальными конкурентами существующим структурам.

• Федеральный закон РФ «О наркотических средствах и психотропных веществах»;
• Руководящие принципы и основные направления деятельности в Российской Федерации по противодействию незаконному обороту наркотических средств и психотропных веществ и злоупотреблению ими на период до 2008 года;
• Международный семинар 28.05.2001 г. «Профилактика наркомании среди подростков и молодежи Кронштадта», решения Круглого стола под руководством Главы ТУ;
• Решение Совета Безопасности РФ «О мерах по совершенствованию государственной политики в сфере борьбы с НОН и распространением наркомании в стране» от 29.09.2001 г.;
• Международный семинар 14-16.11.2001 г. «Взаимодействие органов государственной власти и учреждений социальной сферы по профилактике наркотической зависимости среди учащихся и молодежи Кронштадта»;
• Проект Федеральной целевой программы «Комплексные меры противодействия злоупотребления наркотиками и их незаконному обороту на 2002-2004 гг.».

2. ЗАКАЗЧИК ПРОГРАММЫ

• Территориальное управление Кронштадта.

3. ОСНОВНЫЕ РАЗРАБОТЧИКИ ПРОГРАММЫ

• отдел образования, семьи, детства и молодежной политики ТУ Кронштадтского административного района;
• международная организация «ЕВРОПЕЙСКИЕ ГОРОДА ПРОТИВ НАРКОТИКОВ» (ECAD) в России;
• Проект «Город» (Йорген Ларссон, Швеция).

4. ЦЕЛЬ ПРОГРАММЫ:

  —  уменьшение числа больных наркоманией среди населения Кронштадта; 

  —  сокращение наркопреступности на территории Кронштадта.

  —  снизить доступность наркотиков для молодежи Кронштадта; 

  —  вытеснить наркотики из образовательных учреждений, сделать школы жизненным, социальным пространством свободным от наркотиков; 

  —  сделать невозможным для молодежи злоупотребление наркотиками во время досуга, ЗОЖ; 

  —  сформировать активную общественную позицию населения Кронштадта против наркотиков; 

  —  обучить подростков навыкам отказа от наркотиков (алкоголя, табака, ПАВ) в ситуациях, когда их предлагают; (усиление личных убеждений, обучение позитивным социальным навыкам); 

  —  выявлять подростков, ставших на путь злоупотребления (от 1 раза) наркотиками на ранней стадии.

5. ЭТАПЫ И СРОКИ РЕАЛИЗАЦИИ ПРОГРАММЫ:

1-этап (2002 г.)

  —  внедрение нового подхода к управлению антинаркотической работой в ТУ;

B>2-этап (2003-2004 гг.) 
  —  достижение ожидаемых результатов и коррекции реализации мероприятий в соответствии с оценкой показателей выполнения программы;

3-этап (2005 г.) 
  —  подведение итогов выполнения Программы в целом; 
  —  разработка перспективной Программы предупреждения незаконного распространения наркотиков; 
  —  вовлечение в результативный антинаркотический менеджмент (инновационный метод управления) соседних к Кронштадту административных районов Санкт-Петербурга.

6. ИСПОЛНИТЕЛИ ОСНОВНЫХ МЕРОПРИЯТИЙ ПРОГРАММЫ:

  —  Руководитель Программы — специалист МО, персонально ответственный за реализацию программы 

  —  Комиссия по делам несовершеннолетних; 

  —  Отдел образования, семьи, детства и молодежной политики ТУ; 

  —  Управление внутренних дел; 

  —  Отдел здравоохранения; 

  —  Районный наркологический диспансер; 

  —  Газета «Кронштадтский вестник»; 

  —  Муниципальное образование муниципального округа № 201; 

  —  Общественные организации «Матери против наркотиков», «Доверие» и др. ; 

  —  Отдел социального обеспечения; 

  —  Санитарно-эпидемиологическая служба; 

  —  Религиозная община Кронштадта; 

  —  Йорген Ларссон, Швеция.

7. ОЖИДАЕМЫЕ РЕЗУЛЬТАТЫ ПРОГРАММЫ

1-этап

  1) снижение доступности марихуаны, героина и других наркотиков для кронштадтской молодежи и относительный рост «уличных» цен на них в Кронштадте в сравнении с ценами на нелегальном рынке Санкт-Петербурга в 1,5 — 2 раза; 

  2) рост количества подростков, выявленных на ранней стадии злоупотребления наркотическими средствами, не менее чем в 1,5-2 раза; 

  3) рост привлеченных к административной и уголовной ответственности участников незаконного оборота наркотиков (НОН).

2)-этап 
  1) стабилизация удельного веса численности наркозависимых среди жителей Кронштадта; 
  2) сокращение количества наркопреступлений выявленных милицией на территории Кронштадта; 
  3) разработка и внедрение новых технологий профилактики наркомании среди подростков и молодежи Кронштадта; 
  4) рост численности наркоманов в устойчивой ремиссии (динамика и сравнение с другими городами, районами).

3-этап 
  1) резкое сокращение удельного веса численности наркозависимых среди жителей Кронштадта (менее 0,3%); 
  2) резкое сокращение количества наркопреступлений выявленых милицией на территории Кронштадта; 
  3) создание принципиально новой системы контроля за незаконным распространением наркотиков в Кронштадте.

8. ФИНАНСИРОВАНИЕ ПРОГРАММЫ

• средства выделяемые на реализацию городской антинаркотической программы Санкт-Петербурга;
• бюджет Кронштадта и МО (финансирование должности Руководителя программы)
• внебюджетные источники.

• сокращение численности наркоманов и участников НОН среди жителей Кронштадта

• уменьшение количества преступлений, связанных с НОН, употреблением алкоголя;

• снижение спроса на спиртное и табачные изделия со стороны подростков и молодежи.

• сокращение спроса на наркотики среди учащихся школ;

• увеличение СТОИМОСТИ наркотиков на нелегальном рынке в Кронштадте;
• увеличение возраста 1-й пробы среди кронштадтских подростков и молодежи;

 (в дальнейшем — «Антинаркотизм») 

на 2002-2005 годы

 включает следующие группы мероприятий:
1. Организационные и правовые меры по противодействию злоупотреблению наркотиками, предусматривающие совершенствование законодательства Санкт-Петербурга в этой области.
2. Профилактика злоупотребления наркотиками, в состав которого входят мероприятия по образованию и подготовке специалистов, занимающихся профилактикой наркомании, массовая антинаркотическая профилактическая работа с целевыми группами и населением в целом, научно-исследовательские работы в области профилактики наркомании, организация и развитие сети профилактических антинаркотических подразделений и учреждений в молодежной, образовательной среде, системе здравоохранения, в военкоматах.
3. Лечение и реабилитация больных наркоманией, предусматривающая образовательную деятельность в области лечения наркомании и реабилитации больных наркоманией, работу с целевыми группами, научно-исследовательскую работу в данной области и укрепление материально-технической базы.
4. Борьба с незаконным оборотом наркотиков.
5. Международное и межведомственное сотрудничество в области противодействия злоупотреблению наркотиками. 
   Объем финансирования за счет средств бюджета Санкт-Петербурга составляет 347958,6 тыс. руб., в том числе по годам: 
      2002 год — 91694,4 тыс. руб.; 
      2003 год — 86563,9 тыс. руб.; 
      2004 год — 93831,9 тыс. руб.; 
      2005 год — 75868,4 тыс. руб.

В сегменте бюджетного процесса, связанного с формированием и осуществлением целевых социальных программ, НКО могут и должны участвовать по следующим направлениям:
1. В формировании целей, ради достижения которых организуются целевые программы. Этот процесс включает разнообразные компоненты — от создания общественного мнения в СМИ, на различных публичных мероприятиях, слушаниях и т.п., до оппонирования предлагаемым вариантам решения социальных проблем, с которыми связано содержание деятельности НКО. В этом случае НКО являются представителями соответствующих групп населения, у которых есть специфические интересы, требующие внимания властей.
2. В общественном контроле, а при достаточном уровне организации — в мониторинге состояния социальных проблем, затрагивающих представляемые социальные группы. Такая функция безусловно выполнима на качественном уровне, когда НКО аккумулирует практику столкновения с проблемой своих членов или подопечных, выявляет случаи ее обострений и успешных разрешений. При некоторых дополнительных условиях (навыках описания своей деятельности с использованием показателей, делающих информацию сравнимой) НКО могут стать важным источником информации о количественной стороне проблем (ее массовости в разных социальных сообществах, распространенности ее вариантов и т.п.). В наибольшем развитии эта деятельность может превращаться в объединение информации многих НКО по той или иной социальной проблеме в единых базах данных, как важнейших источниках информации для принятия решений органами власти.
3. В общественном контроле за формированием и реализацией нормативов оказания социальных услуг и затрат на их оказание. В наиболее полной степени эта направление деятельности может проявиться при проведении конкурсов на выполнение функций использования бюджетных средств для оказания социальных услуг гражданам. Здесь НКО становятся реальными конкурентами существующим структурам. Как минимум НКО могут и должны осуществлять экспертизу и качества оказания социальных услуг, и эффективности использования выделяемых для этого бюджетных средств.
4. Развитием 1 и 3 направлений было бы участие НКО в проектировании социальных программ, прежде всего, в детализации программных мероприятий, достижения прозрачности их содержания и расходов на их осуществление.

Участие НКО в ПБА предлагаемого типа возможно при минимальных условиях:

• доступе к проектам законов о намечаемых целевых социальных программах;
• наличии контактов с профильными органами исполнительной (отраслевые подразделения) и законодательной (соответствующие депутатские комиссии) власти;

• готовности к освоению новой информации и диалогу с другими участниками взаимодействия властных структур и структур гражданского общества.
  

В Упсале с средины 80-х годов проводится интересный проект по взаимодействию антинаркотических структур (школами, социальной службой и полицией) — с целью снизить потребление наркотиков молодежью.

• открытое взаимодействие между теми органами власти, которые имеют едло с наркоманами

• помощь и поддержка тем, кому они необходимы

• затруднять употребление наркотиков и ведение преступного образа жизни
• жесткие требования при оказании финансовой помощи — письменная договоренность, в которой наркоман обязуется прекратить употребление наркотиков 
      В более простой форме это сформулировано следующим образом:
  «принимать человека, но не злоупотребление наркотиками», а также что должно быть «трудно употреблять наркотики, но легко бросить». Раннее вмешательство    Эта стратегия со временем воплотилась в ту работу, которая проводилась в муниципалитете. Поначалу большая часть усилий фокусировалась на тяжелых наркоманах — амфетаминистов в возрасте старше 30 лет с серьезным преступным прошлым. На сегодняшний день их средний возраст заметно снизился и составляет 18-25 лет, но многие из них продолжат вести преступный образ жизни. Кроме того, в наркоманских кругах теперь распространился героин. Снижение возраста наркоманов, с которыми сталкиваются власти, является результатом принятых мер и осознанной работы, считает Кеннет Ульссон, который является координатором лена по борьбе полиции с наркотиками. Все чаще подчеркивается значение раннего вмешательства для результативности этой борьбы.
•     Совместными усилиями мы старались работать с молодежью. Например, при проведении анализов на содержание наркотиков работа была в первую очередь направлена на то, чтобы выявить молодых наркоманов, потому в том, что касается выявления молодых наркоманов, Упсала занимает первое место в стране. 
      Раннее вмешательство избавляет человека от многих проблем, считает Оса Карлссон, которая сегодня возглавляет сектор по вопросам наркомании Социальной службы. 
    —  Подавляющее большинство наркоманов начало употреблять наркотики в раннем подростковом возрасте, в 12-14 лет, но их обычно выявляют тогда, когда они уже почти взрослые, когда им по 19-20 лет. И это несмотря на то, что со многими из них Социальная служба уже имела дало раньше — например, из-за серьезных проблем в школе. Однако никто вовремя не заметил проблемы, и она всплывает только много лет спустя. 
    —  У меня просто сердце болит за этих ребят, — добавляет Эва Чепман, заведующая отделом по делам молодежи Социальной службы, — потому что мир взрослых предал их, допустив такое. 
    —  Хотя поначалу мотивации у них меньше всего, однако на них еще легко повлиять, — продолжает Оса Карлссон. — Сравните 20-летнего наркомана с тем, которому уже 35-37 лет! Кроме того, именно в начале своей наркоманской карьеры они наиболее активно вовлекают других в употребление наркотиков. Так что есть все основания позаботиться о том, чтобы как можно раньше вырвать их из пут наркомании, определить на лечение. 
    —  Большинство тех, кто однажды попробовал наркотик, не становится наркоманами, — продолжает она. — Но чем больше тех, кто пробует, тем больше тех, кто попадает в ловушку. Если вмешаться в становление наркомании на ранней стадии, мы избавим их от огромного количества ненужных страданий. 
      Кеннет Ульссон высказывает похожие соображения по поводу стратегии работы в Упсале:
•     Многие взрослые наркоманы положительно относятся к тому, что мы работаем с ними. Многие прямо говорят, что мы могли бы взяться за них раньше и повести дело построже. Среди бывших наркоманов многие говорят о том, что мы правильно «цеплялись» к ним и в конце концов вывели их на верный путь. Для многих наше вмешательство оказалось решающим.
•     Общество нередко воспринимает эту проблему как чисто психологическую — говорит Эва Кепман. — Конечно, психологический фактор совсем сбрасывать со счетов нельзя, но нередко никто просто не спрашивал у подростка, принимает ли он наркотики. Возможно, у подростка проблемы с концентрацией внимания — но никому не приходит в голову задать ему вопрос о марихуане. Буквально каждый второй говорит потом: «Подумать только, никто не заметил, чем я занимаюсь, никто даже не задумался, от чего я стал таким». 
      В отчете о результатах анализов на содержании наркотиков, которые проводились полицией, изданном Советом по профилактике преступности, исследователи утверждают, что подростков, употребляющих наркотики, можно условно разделить на три категории:
•     те, кто явно все больше втягивается в употребление наркотиков,
•     те, кто постепенно становятся тяжелыми наркоманами
•     те, кто экспериментирует, но не имеет никаких проблем, связанных с наркотиками. Поэтому исследователи выдвигают точку зрения, что нет смысла принимать меры, направленные на подростков из третьей группы, а следует сконцентрировать усилия на двух предыдущих. Но в Упсале совершенно не разделяют эту точку зрения. 
    —  С одной стороны, отчасти верно, что если сажать за решетку подростков третьей группы, это обычно не дает значительного эффекта, но с другой стороны, мы никогда точно не знаем, кто к какой группе принадлежит. Кроме того, на практике тех кто относится к третьей группе не задерживают. Те, кого забирает полиция, уже, к сожалению, зашли достаточно далеко, говорит Кеннет Карлссон. 
    —  Это ведь точно так же, как и с другими преступлениями, — говорит Оса Карлссон. 
    —  Человека задерживают отнюдь не тогда, когда он совершил его в первый раз. 
    —  То, что наркоман ранее не был нам известен, вовсе не означает, что он не является тяжелым наркоманом, — продолжает Кеннет Ульссон. 
      Кеннет Ульссон говорит о том, что наркоманы всегда считают, что меры должны быть приняты — но против кого-то другого. 
      «Да вы что, — говорит пожилой наркоман, — вы бы лучше молодых брали». А если пойти к молодым, они говорят: «Вы бы лучше ловили торговцев!» Всегда почему-то так получается — это лишь способ оградить свою собственную привычку к наркотикам от чужого вмешательства. 
      Все это является составной частью того манипулятивного поведения, которое развивается у наркоманов. «Важно научиться видеть, что за этим стоит», — поясняет Ян Дальман. 
    —  То, чего наркоман хочет, и то, в чем он нуждается, далеко не всегда совпадает. В чем эти люди действительно нуждаются — так это в высокопрофессиональной и эффективной помощи, которая легко доступна в нужный момент. Что можно ответить молодым, когда они находят отговорки для оправдания собственного злоупотребления наркотиками? Сказать, что в следующий раз они возьмут тебя — потому что ты стал наркоманом из-за того, что никто вовремя ничего не предпринял. 
    —  Наркоманы, к которым мы приняли меры, потом нередко говорили нам, что они рады, что мы вовремя вмешались, и что на самом деле они хотели бы, чтобы мы вмешались раньше и более ощутимо, — говорит Кеннет Ульссон. 
      Стратегия, направленная на раннее вмешательство, дает множество положительных эффектов — помимо того, что она спасает конкретного человека от деструктивной привязанности к наркотику. Она очень быстро дает эффект распространения среди товарищей. 
    —  Если один человек в классе курит, то все в классе об этом знают. И все знают также, реагируют ли на это взрослые или не обращают внимания, — говорит Эва Чепман. — Если взрослые не реагируют, это дает остальным сигнал — это не так опасно, можно попробовать. Но если что-то случилось — если, например, подростка вызвали в Социальную службу — то об этом тоже всем мгновенно становится известно. Поэтому раннее вмешательство — важная часть профилактической работы. Создание мотивации    Но можно ли на самом деле заставить человека отказаться от наркотиков? Разве не должен сам человек иметь веские мотивы, желание порвать с наркотиками? В Упсале считают, что если только давать консультации и оказывать помощь тем, кто за ней обращается, то можно установить контакты с наркоманами, но с теми, у кого за плечами солидный наркоманский «стаж». Однако таким образом можно охватить лишь небольшую группу, а основная масса, в первую очередь молодежь, окажется вне зоны действия. На том этапе, когда человек сам обращается за помощью в связи с последствиями употребления наркотиков, помочь ему обычно бывает нелегко и достаточно дорого. Даже с чисто экономической точки зрения разумно и выгодно вмешиваться на ранней стадии. Оса Карлссон считает, что недостаточно сидеть и ждать, пока наркоманы сами придут за помощью в социальную службу. 
    —  Сама природа наркотической зависимости такова, что человек настроен на самозащиту и не ищет помощи с целью избавиться от наркомании. Поэтому исключительно важно соединять помощь и консультации с решительными мерами, принимаемыми органами власти. У нас есть огромное количество примеров людей, которых мы насильно отправили на лечение через соответствующее решение, которые сегодня полностью свободны от наркотиков. Они сами говорят, что не вмешайся мы тогда, они сами не смогли бы порвать с наркотиками. Затрудняя употребление наркотиков, мы тем самым создаем мотивацию обратиться за помощью. Представители власти должны, таким образом, не только ждать, пока наркоманы добровольно обратятся за помощью, но и дополнять консультативную помощь другими мерами, используя данную им власть с целью поместить наркоманов на лечение. Дискуссии о принудительном и добровольном лечении, по мнению властей Упсалы, уже не существует — во всяком случае, она не имеет никакого значения для практической работы. 
    —  Я вообще не понимаю проблемы с применением власти. Сотрудничать можно всегда, даже когда применяется закон о принудительном лечении, — говорит Оса Карлссон. — Не припомню случая, когда это было бы невозможно. В суде мы оказываемся противоположными сторонами, но потом всегда можно сотрудничать. Многие после принудительного лечения идут дальше лечиться добровольно. Те, кто утверждает что-то другое, никогда не сталкивались с реальностью, и не знают, что такое эффективное лечение. В конце 60-х годов его, возможно, не существовало, но сегодня оно есть.
  ОТЛАЖЕННАЯ СТРУКТУРА    Единодушие в том, как следует строить работу, наблюдается не только в программных документах, но и в той структуре взаимодействия между различными органами власти, которая выработалась в практической работе. На сегодняшний день многие организации работают рука об руку. В центре остаются полиция и социальная служба, но в профилактическую работу вовлечены и медицина, и школы, и служба спасения, и «скорая помощь», и домовладельцы, и общественные организации. 
      Отправной точкой проекта являлось и является убеждение, что через сотрудничество можно установить контакты с большим количеством наркоманов. Наилучшим образом, используя знания, ресурсы и возможности различных инстанций, можно достичь наилучших результатов. Это не в последнюю очередь приводит к улучшению качества работы с каждым отдельным клиентом. 
    —  Когда мы объединяем наши усилия и действуем согласовано, наркоманам наша позиция предельно ясна, — говорит Ян Дальман. — «Вон, и мент, и тетка из социалки говорят одно и то же». Нередко и родители разделяют нашу позицию. В результате до молодых доходит очень четко сформулированное отношение мира взрослых. К тому же уменьшаются возможности для манипулирования, поскольку становится трудно противопоставлять разных людей друг другу. 
      Однако тот факт, что различные структуры сотрудничают между собой, совершенно не означает, что они выполняют одну и ту же работу. Напротив, все подчеркивают, что разные органы власти выполняют различные функции. Однако цель у них общая, и к ней они совместными усилиями стремятся. Основная концепция заключается в том, чтобы создать цепочку мер, где полиция отвечает за первое звено, которая выявляет наркомана и осуществляет первые меры вмешательства в отношении него. Затем они передают человека на следующее звено — в социальную службу, которая в сотрудничестве с общественными организациями, организует лечение и реабилитацию, чтобы помочь человеку отказаться от наркотиков. В цепочку входят центры реабилитации для тех, кому необходимо лечение в учреждении, школы-гимназии, и так далее. Разные звенья должны находиться в прочной взаимосвязи, чтобы вся цепочка работала. 
    —  Необходимо с уважением относиться к тем различным профессиональным ролям, которые выполняют социальная служба и полиция, — говорит Кеннет Ульссон. — Например, полиция не занимается лечением наркоманов, это функция социальной службы и специальных реабилитационных центров. Благодаря тесному сотрудничеству и постоянным контактам понимание роли друг друга улучшается, крепнет взаимоуважение. Кеннет Ульссон добавляет, что поначалу между полицией и социальной службой существовали трения. Оса Карлссон соглашается с ним и добавляет: 
    —  Среди социальных секретарей бытовало мнение, что полицейские — люди грубые, настроены только на то, чтобы бить наркоманов. А у полицейских были свои предубеждения по поводу социальных секретарей, которые, якобы, только жеманничают с наркоманами и ничего не делают. Но благодаря настойчивой работе, через многочисленные встречи мы лучше узнали друг друга, начали осознавать достоинства друг друга и понимать, как все стороны могут выиграть от сотрудничества. Поэтому были организованы совместные курсы и семинары, налажена постоянная работа, так что встречи стали естественными. Стороны по-прежнему регулярно встречаются, чтобы обменяться информацией и обсудить совместную работу. Например, представители полиции и социальной службы встречаются раз в неделю. На этих встречах полиция рассказывает о всех своих новостях, отслеживает конкретные случаи. Энтузиасты    Эта работа предполагала, что и в полиции, и в социальной службе существуют специальные группы, занимающиеся исключительно вопросами наркомании. Это люди, которые имеют опыт работы с этими вопросами и интересуются ими. Вопрос о создании специальных групп является принципиальным моментом для достижения успеха. 
    —  Разумеется, специализация необходима, — говорит Ян Дальман. — поскольку работать с темой наркомании исключительно тяжело. Это касается как работы с подростками, так и работы со взрослыми, и в особенности необходимо охватить пространство между подростковым возрастом и взрослостью. Все, кто участвует в работе, должны специализироваться на проблеме наркотиков — представители социальной службы, полиции, школы и т.д. 
    —  Обе стороны аккумулировали знания и опыт в специализированных группах, которые затем становятся центрами в своих структурах, вовлекая других в свою работу, — продолжает Кеннет Упьссон. — Если создаются группы, активно работающие таким образом, то это дает положительные побочные эффекты. 
      Например, в Упсале сильна родительская организация, существует недавно созданное общество «Кризис», и «Анонимные наркоманы» работают очень успешно. 
      Кеннет Ульсон считает, что отлаженная работающая структура важнее, чем энтузиасты-одиночки. 
      Важно, чтобы те, кто работает в специальных группах, имели соответствующую подготовку и желание помогать другим людям. Тогда все они станут энтузиастами. Все должны увлечься общей идеей. В полиции Упсалы сложилась такая традиция — только что пришедшие на службу полицейские отправляются в реабилитационный центр «Корпбергет» и беседуют с наркоманами, которые пытаются освободиться от наркотической зависимости. 
    —  Есть некое ядро — группа людей, которые занимаются эти вопросами уже достаточно долго, и если бы все они вдруг разом уволились, возникли бы серьезные проблемы, — говорит Ян Дальман. — Энтузиасты нужны, но они не могут пылать бесконечно. А ставку надо делать именно на выносливость. Естественно, требуется увлеченность своим делом, но круг вопросов очень широкий, необходима готовность заниматься разными направлениями, развивая каждое из них. 
      Наличие организационной структуры нужно также для того, чтобы межличностные конфликты не создавали препятствий в работе. Если с каждой стороны в работе участвуют несколько человек, всегда можно обойти личную несовместимость и решить все возможные прочие конфликты и проблемы. 
      Очень важно заботиться о группах, которые занимаются этими вопросами, потому что многое зависит от людей, работающих в них. Обязательными условиями являются постоянство и спокойная обстановка для работы, чтобы группы могли заниматься своими вопросами, и их не отвлекали постоянно реорганизациями и новыми проектами. 
    —  Чтобы человек был в состоянии в течение многих лет заниматься проблемой наркомании, важно иметь надежных коллег и товарищей и видеть осмысленность своей работы, — говорит Ян Дальман. — Нужно уметь обсуждать и успехи, и неудачи. Высокий уровень компетентности у этих групп не возник сам собой. В Упсале очень критично относятся к тому образованию, которое получают на сегодняшний день будущие учителя, полицейские или социальные работники. 
    —  Молодые специалисты исключительно плохо представляют себе реальную ситуацию, когда выходят из стен высшей школы, — говорит Кеннет Ульссон. — Им зачастую приходится переучиваться, приспосабливаться к действительности. 
    —  Невежество нередко просто поражает, — говорит Эва Чепман. 
    —  Некоторые, кажется, даже не представляют себе, что такое марихуана. Странное дело — во время учебы им ничего такого не объясняют. Служебная тайна    В некоторых случаях служебная тайна может становиться препятствием во взаимодействии между полицией и социальной службой. Например, социальная служба не имеет права сообщать о своем клиенте в полицию. Но в Упсале обе стороны считают, что серьезных проблем все же не возникает. 
    —  Прекрасно можно работать вместе, несмотря на требования сохранения служебной тайны. Ссылки на служебную тайну нередко являются отговорками, за которыми скрывается отсутствие заинтересованности и нежелание сотрудничать, — говорит Ян Дальман. В Упсале решили выяснить, что же на самом деле сказано в законе о неразглашении тайны, и пригласили юриста-эксперта, чтобы уточнить, где проходит граница полномочий различных структур и органов власти. 
    —  Естественно, мы соблюдаем закон. Полиция обязана сообщать в социальную службу, и она это выполняет. Между тем социальна служба не имеет права сообщать о своих клиентах в полицию, потому что у нас правила неразглашения служебной тайны жестче, — говорит Оса Карлссон. Эту мысль продолжает Кеннет Ульссон: 
    —  Мы, полицейские, сообщаем в социальную службу куда больше информации. Тем, кто еще к этому не привык, может показаться, что мы ничего не получаем взамен от социальной службы, но таково законодательство. Мы обязаны обо всем сообщать, и мы разработали систему оперативной подачи информации тем сотрудникам социальной службы, которые занимаются этими вопросами. Это долгосрочное сотрудничество, где каждая сторона знает, чем занимается другая, и при такой ситуации для полиции не так уж важно знать, что произошло в том или ином случае — мы полагаемся на социальную службу и знаем, что она ведет дальше тех людей, информация о которых пришла от нас.
  ПОЛИЦИЯ    Итак, полиция является важнейшим участником межведомственного сотрудничества и первым звеном в цепи мер. Модель Упсала исходит из того, что полиция выполняет роль «чувствительного щупальца». В обязанность полиции входит выявлять и активно выискивать наркоманов. Уже в 80-е годы муниципальные власти осознали, что именно полиция располагает наиболее подробной информацией о распространении наркомании. Естественно, именно полиция и пытается выяснить, какое средство употребляется, где и кем. Кроме того, основная концепция заключается в том, чтобы употреблять наркотики стало неудобно, рискованно, что должно повысить мотивацию покончить с наркотиками. В задачи полиции как раз и входит создавать наркоманам некоторые неудобства. Выявляя наркоманов, полиция о каждом случае сообщает в социальную службу. Социальная служба проводит свое расследование, цель которого — выяснить, какого рода помощь и в каком объеме человеку необходима. Все подчеркивают, что это исключительно важное распределение ролей. Полиция не должна заниматься реабилитацией наркоманов, это функция социальной службы. Однако полиция может значительно облегчить работу социальной службы, сообщая ей о выявленных случаях злоупотребления наркотиками. Исследования по проведению анализов на содержание наркотиков показывают, что отношение полиции к такого рода анализам очень положительное. Вот как комментирует этот факт Оса Карлссон: 
    —  Анализы выявили множество моментов, которые не были ранее известны социальной службе, это дало нам новые подходы. Мы смогли заговорить о важном — о наркомании. 
      Когда факт употребления наркотиков доказан анализом мочи, это экономит социальной службе массу времени, которое она затратила бы, выясняя, действительно ли у данного человека есть проблемы с наркотиками. 
      Поначалу полицейское подразделение в Готтсунде состояло из пяти человек, но со временем оно превратилось в «уличный наркопатруль», который работает во всем муниципалитете. На сегодняшний день этот патруль состоит из восьми человек (в момент написания статьи одна из должностей вакантна). Подбор кадров осуществляется на основании оценки пригодности для такого рода работы. 
    —  Все, кто у нас работает, просто помешаны на уличном патруле, — говорит Кеннет Ульссон. — Они очень увлеченные и заинтересованные люди. 
      В помощь патрулю выделяют также двух специалистов-кинологов со специально обученными собаками, рабочий день которых приспособлен к условиям работы уличного наркопатруля. 
      Именно патруль и является основным «щупальцем» полиции, поскольку они много работают на улицах, сталкиваются с наркоманами. Получают сведения от информаторов. Их задача — заниматься незначительными преступлениями, связанными с наркотиками, и передавать сведения о более тяжких преступлениях в следственный отдел. Другие специализированные 
      отделы на сегодняшний день упразднены, а следственный отдел разделен на два сектора — один занимается только преступлениями, связанными с наркотиками, а другой — всеми остальными преступлениями. Впрочем, уличный наркопатруль в своей погоне за «мелкими» правонарушениями зачастую сталкивается с более крупными преступлениями. В других отделах существуют контактные лица, которые знают проблему наркотиков и интересуются ею, так что этот вопрос не упускается и в работе других отделов. Многие из них в прошлом работали в уличном наркопатруле. Кроме того, есть еще Кеннет Ульссон, который координирует всю работу полиции с наркотиками во всем лене. 
    —  В общем и целом ситуация в полиции Упсалы весьма благоприятна, особенно если учесть, каково экономическое положение полиции в целом, говорит Кеннет Ульссон.
  СОЦИАЛЬНАЯ СЛУЖБА    Вторым звеном в цепи мер является социальная служба. В Упсале социальная служба имеет два специализированных сектора, которые занимаются вопросами наркомании — сектор по проблеме наркотиков, который работает со взрослыми наркоманами, и сектор по делам молодежи. Эти два сектора совместно проводят две специализированных программы — Программа по отвыканию от гашиша (НАР) и Программа по мелким преступлениям, связанным с наркотиками (RNB). 
      Немалая часть нашей работы строится на сообщениях, поступающих полиции и других отделов социальной службы, где в ходе работы также выявляют наркоманов, — говорит Ян Дальман, ответственный за новые разработки в области борьбы с наркоманией при социальной службе. 
    —  Поначалу наша работа в основном заключалась в том, чтобы отправлять людей в центры лечения и реабилитации, иногда очень срочно. Разумеется, с переменным успехом. Сектор по проблеме наркотиков    В обязанности сектора по проблеме наркотиков социальной службы входит работа со взрослыми наркоманами (взрослыми здесь считаются люди в возрасте свыше 18 лет) в муниципалитете Упсала. Конкретными случаями в первую очередь занимаются районным комиссии. Но если районная комиссия по каким-то причинам считает себя не в состоянии справиться с каким-либо случаем, они могут попросить сектор по проблеме наркотиков о помощи или целиком передать дело туда. Сектор по проблеме наркотиков отвечает также за сотрудничество с другими структурами, например, с полицией. 
      В отчете подчеркивается, что возможность применения принудительных мер — важный фактор и весомая предпосылка для успешной работы. 
    —  Такова суть самой наркомании, — говорит Оса Карлссон. — На начальном этапе наркоман редко представляет себе последствия, к которым приведет злоупотребление наркотиками. 
      Благодаря вмешательству органов власти в качестве крайней меры можно создать мотивацию на том этапе, когда возможности для изменения ситуации максимальны. 
      В секторе работает в общей сложности 10 человек (заведующий, руководитель группы, семь социальных секретарей и ассистент). Они не встречают никаких трудностей, когда возникает необходимость отправить наркомана на лечение (в том числе на принудительное), хотя каждый день пребывания в реабилитационном центре обходится муниципалитету в немалую сумму. 
    —  По поводу принудительного лечение нашим политикам совершенно нечего возразить, ведь оно регулируется законом, — говорит Оса Карлссон. 
    —  Но при этом, — продолжает она, — муниципалитет предлагает также различные варианты добровольного лечения, поскольку считает, что в нем есть потребность. У социальной службы есть в арсенале два варианта амбулаторного лечения. Но для большинства амбулаторного лечения недостаточно, им необходимо пребывание в реабилитационном центре. 
      В этом случае от нас требуется несколько больше — более подробное обоснование, для того, чтобы отправить человека в специальное учреждение, но когда все бумаги собраны, место предоставляется — во всяком случае, в Упсале это так. 
      Однако Ян Дальман считает, что районные комиссии в гораздо большей степени ощущают на себе «экономическую цензуру», чем специализированные отделы, и поэтому не так активно продвигают дела. Сектор по делам молодежи    Этот сектор начал свою работу в 1996 году. В тот момент несколько школ в муниципалитете стали вызывать о помощи, чтобы решить возникшие у них проблемы с наркотиками. Единственным местом, куда эти школы могли обратиться, был уличный наркопатруль в полиции — социальная служба тогда не вела никакой деятельности с молодежью по этим вопросам. Поэтому школы находились в полном замешательстве и не понимали, куда им обратиться, особенно если речь шла об ученике, который проживал не в Упсале. 
      Школы были просто в отчаянии, что они не в состоянии справиться с ситуацией, — говорит Эва Чепман. — Было очевидно, что среди учеников есть те, кто употребляет наркотики, но совершенно непонятно, что с этим делать. В результате полиция подняла вопрос о том, что и социальная служба должна создать у себя особое подразделение, занимающееся вопросами наркомании среди подростков. 
    —  К этому моменту полиция привыкла сотрудничать с социальной службой, и хотела наладить конструктивное взаимодействие и в том, что касается совсем юньк наркоманов. 
      Функция сектора по делам молодежи заключается в том, чтобы стать связующим звеном между социальной службой и школами по всем вопросам, связанным с наркоманией. Целевой группой для него являются подростки в возрасте 16-20 лет. Сектор поддерживает контакты со всеми школами в муниципалитете, помогая им помощью и советом как в конкретных случаях, так и при выработке основной концепции в отношении наркотиков. Сотрудники сектора принимают участие в курсах и семинарах для сотрудников школ, а также в информационных встречах (например, родительских собраниях). Сотрудничество с другими структурами является принципиально важным в работе сектора по делам молодежи. 
    —  Сами к нам обратились максимум человек пять, — говорит Эва Чепман. — Обычно их либо приводят к нам другие, либо же мы находим их сами. В активной работе по выявлению значительную роль играют полиция и школы. Но целый ряд контактов у нас возникает через родителей и друзей. 
    —  Когда впервые сидишь и разговариваешь с подростком, он обычно все отрицает, — продолжает Эва Чепман. — Но очень скоро подростки начинают осознавать, как им повезло, что кто-то взялся за них и заставил их задуматься над тем, чем они занимаются. Такого не случается с наркоманами, они не считают себя наркоманами и убеждены, что у них нет никаких проблем. Они сами не видят, что постепенно попадают в зависимость и уже не могут управлять ситуацией. Если их удается вырвать из наркомании, они обычно осознают это задним числом. 
      Школы же нередко закрывают глаза на проблему наркотиков, особенно в нынешней ситуации, когда школа должны привлечь как можно больше учеников, чтобы обеспечить финансирование. 
    —  Школы боятся, что если они будут уделять много внимания теме наркотиков, это создаст школе плохую репутацию и отпугнет от нее новых учеников, — говорит Эва Чепман. 
      Поэтому исключительно важно провести масштабное научное исследование привычек молодежи в том, что касается наркотиков, чтобы показать школам, какова реальная ситуация. 
      Если же дело начато полицией, то социальная служба вступает на том месте, на котором полиция закончила свою работу — после того, как подросток допрошен в полиции. 
    —  Полиция за 20 минут может заставить подростка признаться в том, что он употребляет наркотики — у социальной службы на это могут уйти месяцы, — говорит Эва Чепман. — Полиция может попросить подростка пройти в полицейское отделение, чтобы проверить свои подозрения. И там подозреваемый нередко выкладывает все, там многое выясняется. Тут-то и подключаемся мы. 
      Продолжает Кеннет Ульссон: 
    —  Поначалу практически всеми случаями занималась полиция. Но с тех пор, как в работу включилась социальная служба, нам уже не надо возиться с «мелочевкой», мы можем заняться более серьезными случаями. Полиция не должна делать лишнюю работу, поскольку часто школьный врач или социальная служба могут справиться без участия полиции. Если вмешаться на очень ранней стадии, то и анализ на содержание наркотиков может не понадобиться. 
      Проверка подростка на употребление наркотиков позволяет принять адекватные меры. Благодаря анализу можно получить подтверждение, что употребление наркотиков имело место. Если это не так и проблема коренится в чем-то другом, можно быстро принять другие меры, направленные на решение этих проблем. 
      Сектор занимается конкретными случаями, когда выявлено, что подросток употребляет наркотики — если дело передано им одной из районных комиссий, или если об этом случае напрямую сообщили школа, полиция или кто-нибудь из родителей. Сектор дает консультации подросткам, которые употребляют наркотики, или их друзьям, которые хотят побольше узнать о наркомании. В отличие от сектора по проблеме наркотиков, в работе с подростками не применяются меры принудительного характера. Если сектор по делам молодежи приходит к выводу, что они не в состоянии вести дальше дело без применения такого рода мер, они заявляют об этом деле в социальную службу того района, где проживает подросток, но никаких «силовых» решений самостоятельно не применяет. 
    —  Если необходимо принятие решения, например, о принудительном лечении, мы передаем дело в сектор по проблеме наркотиков, но большая часть дел возвращается в районы, поясняет Эва Чепман. — В тех районах, где недостаточно опыта или традиционно не занимались этим вопросом, бывает трудно добиться принятия решения. Местные власти считают, что дело не такое уж серьезное, что лечение слишком дорогостоящее и так далее. 
      В секторе работает пять человек (начальник, три соционома и медсестра). 
    —  Сектор был создан достаточно быстро, — рассказывает Ян Дальман. Сюда были привлечены ресурсы как отдела по молодежной политике, так и сектора по проблеме наркотиков. Были выделены дополнительные средства из государственного бюджета. В новое подразделение были взяты опытные сотрудники из других подразделений, так что времени на раскачку не потребовалось. Затем к работе подключились школы, на долю которых приходится сейчас половина бюджета. Количество подростков, с которыми сектор вступает в контакт, стремительно растет. Если в 1998 году их было около 60, то в 2000 году это количество возросло до 150. 
      Сотрудники сектора по делам молодежи считают, что именно работа на всех фронтах одновременно — профилактика, раннее вмешательство и лечение, то есть первичная, вторичная и третичная профилактика — дает результативность и придает веру в свои силы. В работе присутствует стабильность и постоянство, так что помощь становится более доступной для подростков, которым она нужна. Вместе с тем в рамках сектора решено сделать упор на вторичную профилактику. Такое предпочтение определялось с исследованиями, которые показали, что первичная профилактика на деле малоэффективна, а также что существует большая потребность в рабочей группе, занимающейся вторичной профилактикой. 
      В экспертном анализа работы сектора по делам молодежи, выполненном по заказу школьного управления, показано, что все заинтересованные стороны очень довольны работой сектора. Эксперты считают, что сектор имеет «продуманную и действенную стратегию», эффективно работает, исходя из тех ресурсов, которые имеются в его распоряжении, и хорошо удовлетворяет потребности школ. Руководство полностью единодушно по поводу основных приоритетов в работе группы. Школа, которую попросили ответить на вопросник о работе сектора, сформулировала это таким образом: «Наличие сектора вдохнуло жизнь в наш собственный план профилактической работы.» Однако эксперты считают, что достаточно трудно измерить истинные результаты работы сектора. Количество наркоманов среди подростков не является показателем, так как на него влияет большое количество других факторов, помимо работы сектора. Тем более трудно вычислить, сколько случаев, которые выявляет сектор по делам молодежи, осталось бы невыявленными. Но количество вновь зарегистрированных случаев заметно возросло за период существования сектора, в то время как обследование привычек молодежи не указывает на рост наркомании. Таким образом, по мнению экспертов, можно сделать предположение, что сектор в ходе своей работы выявляет значительный процент наркоманов. Программа по отвыканию от гашиша    В рамках социальной службы проводится специальная программа по отвыканию от гашиша (НАР). Это программа амбулаторной реабилитации курильщиков марихуаны, которая старается поддержать их на стадии отвыкания. Программа рассчитана на людей в возрасте от 16 до 20 лет. Программа включает в себя 20-30 встреч-сеансов с психотерапевтами социальной службы в течение трех месяцев. Программа во многом базируется на той программе отвыкания от гашиша, которую разработал в Лунде Томас Лундквист. 
      Программа существует с 1990 года, за это время через нее прошел 131 клиент. Более 50% из них полностью избавились от наркотиков или продолжили лечение в других формах. Программа бьша встречена с большим интересом, в первую очередь со стороны молодых людей, которые хотят прекратить употреблять коноплю.Программа «Мелкие преступления, связанные с наркотиками» 
      В 1999 году сектор по делам молодежи начал новую программу под названием «Мелкие преступления, связанные с наркотиками». Она предназначена для подростков в возрасте до 18 лет, которые подозреваются в совершении мелких преступлений, связанных с наркотиками (обычно речь идет об употреблении наркотиков). Этих подростков задержала полиция, и дело было передано в прокуратуру. 
      Приговорить этих подростков к штрафу — не особенно чувствительная мера. Вместо этого было предложено пригласить их в социальную службу, — говорит Эва Чепман. 
      Когда речь идет о незначительном преступлении, совершенном подростком, у прокурора есть возможность закрыть дело. Поэтому прокуратура полиция и социальная служба договорились между собой, что будут предлагать подросткам закрыть дело, когда речь идет о незначительных преступлениях (обычно это употребление наркотиков) в обмен на согласие подростка участвовать в программе. Если подросток будет приходить на беседы в социальную службу, это освободит его от уплаты штрафа. 
      Программа предполагает десять встреч в течение трех месяцев. Кроме того, участник программы должен регулярно сдавать анализ мочи, чтобы подтвердить, что он/она не употребляет наркотиков. Подростки приходят в социальную службу для индивидуальных посещений. На этих встречах два-три раза присутствует полицейский из уличного наркопатруля и бывший наркоман. Разговор касается всего, начиная от эффекта и последствий употребления наркотиков и кончая законодательством. На первой встрече присутствуют также родители подростка, которым предлагается встреча в организации «Родители против наркотиков». Пока никто из родителей не отказывался от этой встречи, и многие продолжают и в последствии поддерживать контакты с родительской организацией. Если участник программы не соблюдает условия. За прокурором остается право в течение шести месяцев возбудить уголовное дело. Таким образом, программа проводится «под угрозой» возбуждения уголовного дела. 
      Пока в программе участвовало не так много подростков. Дело в том, что многие из них совершили еще какие-либо преступления помимо употребления наркотиков, так что закрыть дело не представляется возможным. Другие отказались от прохождения программы и предпочли заплатить штраф. 
    —  Многие из этих подростков отнюдь не новички в том, что касается употребления наркотиков, — говорит Эва Чепман. — Ситуация гораздо серьезнее, чем мы думали. 
      Вместе с тем она считает, что трудно найти разумный уровень эффективного вмешательства по сравнению с грозящим наказанием. Кеннет Ульссон соглашается с ней. 
    —  Когда альтернатива такова, что прокурор просто выпишет решение об уплате штрафа, получается, что мы предлагаем гораздо более серьезную меру, чем-то, что они могут получить в суде. 
      Однако мнение тех, кто прошел программу, очень положительное. 
      Для того чтобы создать привлекательность программы для подростков обсуждается вопрос о том, чтобы облегчить получение водительских прав тем, кто прошел программу. В настоящий момент отдел региональной администрации, занимающейся выдачей водительских прав, всегда получает информацию о тех, кто был задержан за незначительные преступления, связанные с наркотиками. Это может затруднить такому подростку получение водительских прав. Поэтому сотрудники социальной службы сочли, что региональная администрация могла бы признать прохождение программы веским аргументом для выдачи водительских прав. Поначалу это предложение было воспринято положительно, однако региональная администрация хотела бы получить доказательства того, что человек не употребляет наркотики в течение более продолжительного периода, чем те три месяца, на которые рассчитана программа. Поэтому окончательное решение по этому вопросу еще не принято.
  ПОСТОЯННОЕ РАЗВИТИЕ    Хотя многое в той деятельности, которая ведется в Упсале, выглядит достаточно обнадеживающе, многое еще предстоит изменить и доработать. Организационная структура и сотрудничество постоянно развиваются, где все время идет поиск новых путей и попытка удовлетворить различные потребности. Обсуждаются различные меры по улучшению уже имеющихся программ (например, программы по незначительным преступлениям, связанным с наркотиками) и созданию новых программ по тем направлениям, где активная работа до сих пор не велась. 
      В настоящий момент в социальной службе Упсалы идет настоящая битва. Руководство муниципалитета хочет разделить консультативную часть и ту, что занимается принудительными мерами, на два самостоятельных подразделения. 
      Мы считаем, что когда работаешь с молодыми наркоманами, эти две стороны должны быть слиты воедино. Необходимо иметь возможность принять решение о вмешательстве и усилить последствия употребления наркотиков с тем, чтобы создать у людей мотивацию как-то изменить свою ситуацию. Но этого наши муниципальные власти, кажется, не понимают, — говорит Оса Карлссон. 
    —  Тут просматривается и идеологическая позиция, — добавляет Кеннет Ульссон. — Современная концепция в большей степени строится на добровольности. 
    —  Думаю, в основе лежит та же идея, что и в Стокгольме — что немалую часть деятельности можно было бы передать в частные руки. Но при этом мы упустим большую группу молодых наркоманов, потому что они сами не обращаются за помощью, — говорит Оса Карлссон. — В том-то и особенность наркомании, что на ранних этапах человек не ищет помощи. 
      Хотя муниципалитет вряд ли может пожаловаться на отсутствие средств, существует еще немало потребностей, как считают все сотрудники социальной службы. Необходима группа по работе с подростками именно для тех случаев, когда необходимо применение принудительных мер. Больше средств следовало бы выделить на работу со школами. Существует большой спрос на проведение среди подростков анализа мочи на содержание наркотиков, который социальная служба в состоянии удовлетворить только частично. Проводимые на сегодняшний день специализированные программы можно было бы расширить. Можно было бы почаще проводить обследование привычек подростков в том, что касается алкоголя, табака и наркотиков, чтобы иметь более полную картину реального положения дел. 
    —  Так что список пожеланий у нас есть, и нам не составило бы никакого труда загрузить работой по наркотикам в социальной службе еще человек семь-восемь, — говорит Ян Дальман.
  РЕЗУЛЬТАТЫ    Какие же результаты дала работа? Когда задается этот вопрос, ответы поначалу звучат неуверенно. 
    —  Мы видим, например, что мы хорошо представляем себе наркоситуацию в городе, нам известно, что происходит, — говорит Оса Карлссон. 
      Но что это означает на практике? Привело ли все это к уменьшению наркомании? Разумеется, это исключительно сложный вопрос, поскольку рост или снижение наркомании определяется целым рядом социальных факторов. Однако, как считает Кеннет Ульссон, на основании статистики можно седлать некоторые выводы по поводу того, каково количество подростков, которые употребляют или, по крайнее мере, пробовали наркотики. 
      В общей сложности в 1999 году властям лена Упсалы было известно 1900 активных наркоманов (то есть 0, 65% населения лена). Их них 490 считаются «тяжелыми» наркоманами. Каково количество невыявленных случаев, разумеется, неизвестно, так что истинное число наркоманов наверняка выше. Но региональные обследования, проведенные в 97 и в 99 году по общенациональному образцу, показывают, что наркомания, во всяком случае, не растет. Напротив, количество вновь зарегистрированных случаев несколько снизилось за период с 97 по 99 год, но снижение настолько незначительное, что трудно сказать, действительно ли оно имело место. Поскольку власти в последние годы сделали сознательную ставку на выявление новых случаев, можно предположить, что число неизвестных наркоманов несколько сократилось. Несмотря на это, количество известных наркоманов остается стабильным. То есть, вероятно. Что общее количество наркоманов сократилось. 
      Если сравнить обследования привычек молодежи, которые проводились в старших классах школы, можно видеть ту же самую тенденцию. В 1995 году подростки Упсалы больше всех в Швеции пробовали наркотики (примерно 17% подростков в Упсале сообщали, что пробовали наркотики, в то время как средняя цифра по стране составляла 12%). Однако в 1999 году средние показатели по стране догнали упсальские, поскольку Упсала осталась на прежнем уровне. Это выгодно отличает лен Упсалы от всех других частей страны, где в тот же период наблюдается резкое увеличение показателей наркомании. Тенденция совпадает по времени с упором на работу с молодежью, которая началась с создания сектора по делам молодежи. 
      Анализ работы сектора по делам молодежи также показывает, что удалось выявить многих совсем юных, никому ранее неизвестных наркоманов. Это позволило также во многих случаях вмешаться на ранней стадии. На самом деле не существует никаких научных данных, показывающих, что те меры и методы лечения, которые используются в муниципалитете, действительно результативны. Правда, ни на кого из тех, кто прошел программу по незначительным преступлениям, данные в социальную службу больше не поступали, что уже само по себе является неплохим результатом, хотя времени прошло совсем не так много. Кроме того, Оса Карлссон добавляет: 
    —  Я совершенно убеждена, что лечение помогает. Когда так долго работаешь и видел так много изменений к лучшему, это очевидно. Но дорога к выздоровлению для отдельного человека редко бывает прямой и ровной. 
    —  То лечение, которым мы располагали, когда начинали свою работу в 1986 году, почти не давало результатов, продолжает она. — Но теперь ситуация изменилась, на сегодняшний день в Швеции есть немало форм лечения, которые дают хорошие результаты. 
    —  За многие годы работы мы усвоили одну важную вещь — что после лечения человека надо отслеживать, — говорит Ян Дальман. — Сотрудничество между социальной службой, полицией и другими организациями дает прочную основу, когда человек возвращается домой после лечения. 
    —  Сейчас школы не боятся открыто говорить о том, что среди учащихся есть наркотики, — говорит Эва Чепман. — Раньше они не решались этого делать. Я считаю, что это большой шаг вперед.
  МОДЕЛЬ БОРЬБЫ С НАРКОТИКАМИ    Для того, чтобы победить наркотики, необходима, в первую очередь, продуманная стратегия, а во-вторых, наличие организационной структуры, которая воплощает эту стратегию на практике. 
      Принято различать три формы профилактики: первичную, вторичную и третичную. Первичная профилактика предполагает компетентную подачу информацию о том, как воздействуют наркотики на организм человека, о последствиях их употребления, о законодательстве. Это мы обычно и называем «профилактической работой», и проводится она в основном в школах. Она направлена на то, чтобы убедить людей вообще не пробовать наркотики. Вторичная профилактика предполагает применение различных мер к тем, кто употребляет наркотики (в первую очередь со стороны уличного наркопатруля и сектора по делам молодежи социальной службы). Цель — убедить этих людей отказаться от наркотиков на как можно более ранней стадии, во-первых, потому, что гораздо легче освободиться из-под власти наркотиков, пока дело не зашло далеко, во-вторых, для того. Чтобы они не вовлекали в употребление наркотиков других людей. Третичная профилактика предполагает вмешательство в отношении наркоманов с солидным стажем, лечение и реабилитацию для них (в первую очередь в рамках сектора по проблеме наркотиков или системы исполнения наказаний). Цель — заставить людей отказаться от наркотиков. 
      Эти три части тесно связаны между собой — если существует четкая и хорошо отлаженная вторичная и третичная профилактика, это укрепляет информационную работу (первичную профилактику). С другой стороны, первичная профилактика нужна для того, чтобы поддерживать и делать осмысленной вторичную и третичную. Необходимо наличие цепочки мер, которые все вместе образуют рестриктивную (ограничительную) антинаркотическую политику. Очень важно помнить, что раннее вмешательство является центральным звеном этой цепи. Раннее вмешательство дает положительные результаты во многих областях. 
      Раннее вмешательство приводит к тому, что у человека, употребляющего наркотики, не успевает развиться деструктивная зависимость от наркотиков, что оберегает самого человека и его близких от многих страданий. К сожалению, когда у человека уже возникла зависимость, прогнозы в отношении полного излечения от наркомании не слишком обнадеживающие. Поэтому особенно важно вмешаться как можно раньше. Многие из наркоманов, которых властям Упсалы удалось вырвать из наркотической западни, задним числом были благодарны, что кто-то вмешался в их жизнь. 
      Раннее вмешательство способствует тому, что человек не распространяет наркотики дальше. На раннем этапе наркоманы особенно интенсивно втягивают других в употребление наркотиков, они хотят «поделиться» своими положительными ощущениями, и потому знакомят с наркотиками многих других. Распространение происходит особенно интенсивно во время так называемого «медового месяца», начального периода наркомании. 
      Раннее вмешательство не проходит незамеченным. 
      Молодые люди не хотят попасть в полицию или в социальную службу. Поэтому каждый конкретный случай вмешательства имеет профилактический эффект, так как приятели подростка узнают, что их ждут весьма ощутимые последствия, если они будут употреблять наркотики. 
      Раннее вмешательство экономически выгодно. 
      Попытки вылечить закоренелого наркомана обходятся очень дорого. В некоторых случаях расходы на лечение и реабилитацию могут составлять миллионы шведских крон. Работа же с молодыми наркоманами обходится значительно дешевле, поскольку у них еще не успела сформироваться зависимость и потому, что они наиболее подвержены изменениям, хотя мотивация у них может быть достаточно слабой. 
      Раннее вмешательство уменьшает количество наркоманов. Исследования показывают, что вмешательство со стороны властей оказывает влияние не только на тех, против кого направлены меры, но и на картину распространения наркомании в обществе в целом. Опыт «полицейского наступления» в Швеции в 1969 году и планомерная работа полиции против наркомании в начале 80-х показывает, что если органы власти проводят наступательную антинаркотическую политику, то употребление наркотиков сокращается. Общие тенденции развития ситуации в Упсале указывают на то же самое, хотя на основании имеющихся статистических данных трудно сделать надежные выводы. 
      Раннее вмешательство эффективно. Вмешательство против незначительных преступлений, связанных с наркотиками, нередко дает ощутимый выигрыш, поскольку через расследование таких дел полиции нередко удается выйти на след более крупных торговце или контрабандистов. Опыт Упсалы показывает, что работая таким образом, полиция нередко делает крупные задержания наркотиков. 
      Многое в организации этой работы в Упсале могло бы стать примером для подражания в других муниципалитетах — например, параллельное проведение всех трех форм профилактической работы. Важнейший «рецепт» упсальского опыта можно кратко выразить в следующих пунктах:

      Сотрудничество между различными ведомствами 
      Для того, чтобы выработать отлаженную цепь мер, необходимо, чтобы все звенья этой цепи работали на общую цель. Это касается всех — от школы до полиции, от родительской организации до реабилитационного центра. 
      Различные роли — общая цель. 
      Ни одна инстанция не может и не должна брать на себя всю работу. Благодаря сотрудничеству каждое ведомство может специализироваться в своей области и иметь четкое распределение ролей. Необходимо развивать понимание к ролям и задачам других ведомств и понимать место своей структуры в цепочке мер. 
      Специализированные группы 
      Для более успешно сотрудничества необходимо наличие специализированных, высококомпетентных групп в рамках различных ведомств. Для поддержания постоянных контактов нужны люди, для которых обеспечение взаимодействия с другими структурами является их непосредственной обязанностью. К тому же важно, чтобы эти люди не слишком часто сменялись. Новые сотрудники должны проходить соответствующее обучение. 
      Исследования привычек молодежи и анализ ситуации. 
      Очень важно выяснить, чем характеризуется реальная ситуация в том, что касается наркотиков, чтобы понимать, в каком направлении работать и как наилучшим образом обуздать проблему. Например, при работе со школами важно осознание того, что наркотики есть и в собственной школе. 
      Действовать сообща 
      Одних красивых речей о важности сотрудничества недостаточно. Оно должно выражаться в реальных действиях. Необходимо весьма конкретно проводить совместные мероприятия — вместе встречаться с наркоманами или выходить в школы. 
      Динамичное сотрудничество 
      Нельзя останавливаться на достигнутом, ограничиваться теми проектами, которые проводятся на сегодняшний день. Надо постоянно развиваться и совершенствоваться, чтобы соответствовать новым потребностям или лучше удовлетворять старые. Процесс развития никогда нельзя считать завершенным. 
      Экономические ресурсы 
      Ни одна организация не может существовать без ресурсов. В муниципалитете Упсалы вопросы наркомании стали приоритетными — в такой степени, что выделяется довольно много средств и многое удается сделать. К примеру, требуется немалое количество персонала и средств для того, чтобы система реабилитации заработала, а хорошо продуманная стратегия не осталась только на бумаге. 
      Конечно, до совершенства еще далеко — многие компоненты системы можно было бы сделать еще лучше, и есть немало упущений, которые можно было бы восполнить, если бы имелись дополнительные средства. Однако сами сотрудники отдают себе в этом отчет и сознательно работают над улучшением выстроенной системы. Вся работа в Упсале пронизана не мыслью о средствах, которыми они располагают или могли бы располагать, а оптимизмом и надеждой на то, что с наркотиками можно справиться. 
      Правда, на сегодняшний день выдвигаются предложения реорганизовать социальную службу — это предложение тревожит многих сотрудников сектора по проблеме наркотиков и сектора по делам молодежи. Однако не в первый раз над головой проекта сотрудничества сгущаются тучи. Совместными усилиями им все же удалось отстоять его. Уместно, наверное, добавить — пока удалось.

1. Наркотики и другие вызывающие зависимость вещества являются большой, растущей, серьезной проблемой для общества, с которой нужно бороться представителям разных профессий. Общая цель — избавиться от наркотиков!
2. Во властных структурах, школах, на рабочих местах, в общественных организациях — повсюду мы должны объединиться в борьбе против наркотиков. Мобилизация на местном уровне!
3. Сотрудничество ради лучших результатов — усилия со стороны разных ветвей власти необходимы и усиливают друг друга. При этом повышается эффективность и улучшается качество.
4. Специализация в рамках полиции и социальной службы является условием компетентной работы и может стать стимулом и «стержнем» внутри собственной организации.
5. Сотрудничество предусматривает и развивает более глубокое общее понимание проблемы наркотиков. Примером является криминализация потребления наркотиков.
6. Приобретение знаний, образование, системный анализ производятся сообща в большом масштабе. Это также способствует общему пониманию.
7. Раннее обнаружение наиболее важного. Это — профилактическая работа второго уровня, она связана с собственно профилактикой (первого уровня) и лечением (профилактика третьего уровня). Таким образом выделяются приоритеты в распределении ресурсов.
8. Важно иметь работающую сеть, состоящую из координаторов по наркотикам со стороны полиции, социальной службы, уголовной службы, прокуратуры по делам, связанным с наркотиками, и таможни. Каждый из них отвечает за работу собственной сети.
9. Четкая работающая структура непрерывного обмена информацией. Например, совещания по понедельникам («что произошло в течение недели»), процедуры допроса, полезные для социального анализа.