Интервью директора российского офиса ECAD, доцента кафедры конфликтологии Санкт-Петербургского государственного университета Георгия Зазулина шведскому радио.

Интервью директора российского офиса ECAD,
доцента кафедры конфликтологии Санкт-Петербургского государственного университета
Георгия Зазулина шведскому радио 
19 июля 2006 года, город Висби (Готланд, Швеция)

Торгни Петерссон: 
- Федеральная служба по контролю за наркотиками (ФСКН). Что это такое? 

Георгий Зазулин:

- По целому ряду причин, к 2000 году в России численность населения вовлеченного в потребление и торговлю наркотиками стала огромной и достигла нескольких миллионов человек (население страны составляет около 143 млн.). 
Чтобы остановить эту негативную тенденцию, чтобы строить в России "общество свободное от наркотиков" президент Российской Федерации Владимир Путин по собственной инициативе создал в 2003 году специальную Федеральную служу контроля за наркотиками (ФСКН). 
Он поставил перед новой службой конкретные, но очень разнопрофильные задачи. Если их группировать, то их можно свести к трем типам: правоохранительные задачи, управленческие задачи и политические задачи. Рассмотрим их более подробно. 
Первая задача - правоохранительная. Поэтому она в какой-то мере традиционная для России. Это борьба с такими видами наркопреступности, которые не по силам министерству внутренних дел и таможни. Это нанесение ударов по хорошо организованным структурам международного наркобизнеса успешно действующем как России, так и в других странах. Например, борьба с трафиком (экспортом) крупных партий героина из Афганистана в разные регионы России, страны Европейского Союза, другие страны. 
Вторая задача - это повышение эффективности государственного управления в данной сфере.Прежний (с 1994 по 2004 годы) механизм координации антинаркотической деятельности был признан неэффективным. И поэтому эта задача является новой. Необходимо объединить и соединить усилия 17 российских министерств и ведомств, нескольких сотен государственных органов власти и нескольких тысяч органов местного самоуправления таким образом, чтобы деятельность каждого из них в решении своих основных задач не вносила хаос в наркополитику, а способствовала защите молодежи от наркотиков. Из-за непрерывно идущей с 2004 реформы государственного управления решать ее очень трудно, но жизненно важно и ФСКН этим активно занимается. 
Третья задача касается сферы государственной политики. В мире есть опыт и жесткой, и довольно либеральной позиции государства в области контроля наркотиков и поэтому нашему государству необходимо как говориться "видеть свой путь", а не бросаться из стороны в сторону, как это происходит последние 15 лет. Поскольку до недавнего времени к стране никто серьезно вопросами результативности государственной наркополитики не занимался, данную задачу следует считать абсолютно новой для современной России. 
В соответствии с Указом Владимира Путина с 2003 года разрабатывать государственную антинаркотическую политику, то есть формировать стратегию российского государства в сфере борьбы с наркотиками и практически участвовать в ее осуществлении в реальной жизни обязана Федеральная служба по контролю за наркотиками Российской Федерации. 
Численность созданной службы составляет 40 тысяч полицейских (напомним, что все население страны составляет около 143 млн.). Для решения возложенных на нее задач она наделена серьезными полномочиями. Однако если их окажется мало, недостаточно для решения этих задач, то надеюсь, что наш Президент найдет способ увеличить их до необходимого уровня.


Торгни Петерссон: 
Какая наркополитика сегодня в России, например, по сравнению с другими странами? 

Георгий Зазулин:

- С точки зрения конфликтологии наркополитика любого государства - это всегда результат конфликта, результат социального взаимодействия множества структур и различных сил, а по сути только двух сторон. Одна из них представлена теми кто "за наркотики", а другая соответственно теми, кто "против наркотиков". С 1990 года в России в этом конфликте стали побеждать силы на стороне "за наркотики" и это приводило к ежегодному, росту масштабов наркотизации населения. Государство только декларировало свою позицию, как антинаркотическую, а фактически было на стороне тех кто, образно говоря, был "за наркотики". 
Создание в 2003 году в нашем государстве мощной Федеральной службы по контролю за наркотиками изменило соотношение сил в российском наркоконфликте. На стороне тех кто "против наркотиков" появился новый сильный игрок - государственная структура с широкими полномочиями: правоохранительными, управленческими и политическими возможностями подавления сил находящихся на стороне "за наркотики". Вот уже три года эта служба старается решать те задачи, о которых мы уже говорили и это реально снижает наркоугрозу. Я надеюсь, она будет заниматься этим и дальше, с каждым годом все успешнее и успешнее. 
Так как реальные условия для развития антинаркотической политики, как функции государственного управления, фактически появились в России только несколько лет назад, сегодня можно говорить лишь о становлении, о рождении, о первых шагах российской политики против наркотиков. 
Однако уже сейчас совершенно очевидно, что если в средине 1990-х наша государственная наркополитика сильно напоминала голландскую модель и силу набирали либеральные тенденции, то спустя 10 лет, то есть в настоящее время, она гораздо больше похожа на шведскую модель и, что особенно важно, силу набирают тенденция контроля наркопотребления. 
Можно отметить еще такое отличие. Сегодня руководители социальной сферы многих стран Западной Европы приняли позицию тех, кто утверждает, что "война с наркотиками проиграна". Поэтому эти страны фактически пошли по пути геноцида наркозависимых, способствуя и поддерживая их зависимость, чистыми иглами, чистыми наркотиками или кабинетами их безопасного потребления, благородно называя эту, позорную с точки зрения Конвенций ООН, деятельность программами "уменьшения вреда". А России этим путем не пошла, хотя ей этот путь очень хотели навязать. 
Возможно, что в условиях высокой социальной стабильности и эффективных технологий в сфере общественного здоровья политика "уменьшения вреда" и не закончить катастрофой для этих западных стран. Однако для России это путь, а она им пошла в начале 90-х, равносилен самоубийству. Сегодня можно порадоваться за российское государство, которому хватило сил и ответственности перестать подражать западу в либеральном отношении к наркотикам, а относиться к ним как к угрозе национальной безопасности. У нас и без наркотиков проблем с курением табака и алкоголизмом, более чем достаточно. Однако я уверен, что в будущем российское общество дорастет и до решения и этих проблем.


Торгни Петерссон: 
Какие ресурсы необходимы для выполнения задач российской антинаркотической политики? 

Георгий Зазулин:

- Спасибо, господин Петерссон за интересный и очень важный вопрос. Цель российской антинаркотической политики - сокращение численности наркозависимых, уменьшение наркопреступности. Эту цель можно достичь быстро, если ФСКН сможет увидеть те ресурсы, которые для этого необходимы и сможет задействовать их. Они лучше всего видны с позиции конфликтного подхода, который мы развиваем в Санкт-Петербургском государственном университете и называем наркоконфликтологией. С этих теоретических позиций неиспользованных ресурсов очень много. Назову те, без использования которые успехов не добиться: 
• в каждом муниципальном образовании ФСКН необходимо привлечь на свою сторону, на сторону "против наркотиков" все активное население, сделать его своим союзником, помочь ему стать ответственным за наркоситуацию там, где оно живет, работает, учиться; 
• в каждом регионе (а их около 80) ФСКН необходимо привлечь на свою сторону региональных политиков, в первую очередь губернаторов; сейчас это стало возможно, потому что теперь они не избираются населением, а назначаются федеральным центром; 
• в каждом регионе государству необходимо привлечь на свою сторону журналистов, особенно студентов факультетов журналистики, поэтому ФСКН необходимо убедить Министерство образования и науки ввести в учебную программу по специальности "журналистика" в качестве обязательной дисциплины специальный курс "Наркоэпидемия как объект журналистского контроля"; 
• в каждом регионе есть десятки государственных наркологов, а эффект от их работы мизерный, поэтому ФСКН необходимо убедить Министерство здравоохранения и социального развития реформировать наркологию в социальную службу "раннего выявления наркопотребителей и патронажа наркозависимых со стажем"; сделать это - значит привлечь на сторону "против наркотиков" около 7 тысяч медицинских сотрудников; 
• а главное, необходимо изменить упрощенное понимание антинаркотической политики и антинаркотического управления как чего-то простого, доступного любому чиновнику, если начальство ему это поручает, на такое понимание, что без специальных знаний и специальной подготовки, аналогичной подготовке в высшей школе юристов, врачей, летчиков в этой сфере успешным быть невозможно; 
Это действительное самый главный ресурс, так без него невозможна подготовка лидеров для этой сферы политического управления. Ну а если нет лидеров, то и политики нет. И начинать здесь необходимо с изменения отношение к знаниям. ЗНАНИЯ в этой сфере надо рассматривать как важнейший ресурс. Без понимания этого наша антинаркотическая политика еще долго будет находиться в состоянии концептуального кризиса. Стыдно сказать, но официально утвержденная в 1993 году Концепция государственной политики по контролю за наркотиками в Российской Федерации, хотя и безнадежно устарела, действует и сейчас, так как новую некому разрабатывать. Поэтому привлечь лучших ученых, практиков и разработать новую и эффективную концепцию системы борьбы российского государства с наркоугрозой - это то с чего надо начинать в первую очередь. И тогда успех обязательно придет. Спасибо за внимание!