Где искать выход?

Во 2-й главе этой книги уже упоминалось, что наркомания и алкоголизм – болезни неизлечимые. Факт неизлечимости этих болезней признается всеми, кто профессионально работает с проблемами зависимости. Это значит, что заведомо обречены на неудачу попытки вылечить наркомана, – то есть избавить его от всех тех телесных, душевных и духовных нарушений, которые и являются причиной наркомании, – пользуясь только медицинскими, или только психологическими, или только педагогическими, или даже только «духовными» методами, какими бы новаторскими и новомодными или напротив – древними и традиционными эти методы ни представлялись.

К несчастью, с неизлечимостью наркомании зачастую приходится на собственном опыте сталкиваться убитым горем, раздавленным страхом и отчаянием родителям детей-наркоманов, да и самим наркоманам, которые пытались бросить употребление наркотиков, увидев всю гибельность своего пристрастия. Поняв, что все попытки лечения – и «традиционные», и экзотические – оказываются совершенно бесплодными, люди переживают крушение всяких надежд, полнейшую безысходность, испытывают глубокую депрессию, а то и начинают задумываться о том, чтобы свести счеты с жизнью.

НО ВЫХОД ЕСТЬ! Хочется надеяться, что эта радостная весть будет вовремя услышана! И прежде всего – услышана именно теми, кто исчерпал свои последние надежды, кто дошел до последней черты. Не отчаивайтесь, выход есть. Несмотря на неизлечимость болезни, ВЫЗДОРОВЛЕНИЕ ВОЗМОЖНО.

И, говоря это, мы имеем в виду вовсе не какое-нибудь новое и сенсационное средство-панацею типа лекарств от рака. Нет, речь идет о вполне РЕАЛЬНОМ ОПЫТЕ МНОГИХ И МНОГИХ ТЫСЯЧ НАРКОМАНОВ, КОТОРЫЕ НАШЛИ ПУТЬ ВЫЗДОРОВЛЕНИЯ, СПОСОБ ЖИТЬ НАПОЛНЕННОЙ, ОСМЫСЛЕННОЙ И РАДОСТНОЙ ЖИЗНЬЮ.

Да, такой опыт существует, и он известен уже давно. Это опыт выздоровления того множества людей, от которых отказывались медики, считая их неизлечимыми и отмеряя им месяцы, а то и недели жизни. Это и опыт успешного решения своих проблем теми, кто находился в менее критическом состоянии. Это опыт обретения трезвости и, главное, – трезвомыслия людьми, которые, может быть, прежде и не задумывались о своих проблемах. Это, наконец, весьма успешный опыт преодоления проблем наркомании в масштабах целого государства.

Суть этого опыта, при всем его многообразии, можно определить двумя словами: ТЕРАПЕВТИЧЕСКОЕ СООБЩЕСТВО.

Говоря об этом, я не хочу предложить некую панацею, или, как это, к сожалению, нередко встречается, «протолкнуть» свой подход к решению проблемы. Я хочу лишь обратить внимание на то, что все без исключения виды практической, реальной (а не иллюзорной) помощи наркоману и все по-настоящему эффективные подходы к решению проблемы наркомании в целом являются той или иной разновидностью терапевтических сооб-ществ.

А таких разновидностей на сегодня известно уже множество: это и терапевтические общины для наркоманов, и стационарные реабилитационные центры различных направле-ний и типов, и самые разнообразные амбулаторные программы, и многочисленные движения групп самопомощи, и успешные попытки преобразовать общественное сознание в отношении зависимостей, то есть внести элементы терапевтического сообщества в государ-ственное устройство. Наиболее ярким примером объединения всех перечисленных форм является так называемая Миннесотская модель лечения и профилактики, позволившая эффективно решить проблемы наркомании и алкоголизма в масштабах огромного североамериканского континента.

Почему же именно этот подход дает надежду в, казалось бы, совершенно безнадежной ситуации?

Чтобы понять это, давайте посмотрим, как складывался этот подход.

Сам термин «терапевтическая община» (therapeutic community) вошел в научный обиход в середине прошлого века и относился к явлению, возникшему одновременно в Англии и Америке.

Доктор Максвелл Джонс впервые применил принципы этого подхода в психиатрических больницах Динглетон-хоспитал (Шотландия) и Хендерсон-хоспитал (Лондон), введя в терапевтический процесс элементы общественного устройства.

Первой подробно описанной терапевтической общиной (в медицинском смысле) было 100-коечное отделение больницы Норсфилд-хоспитал в Англии.

Затем Максвелл Джонс создал терапевтическую общину в отделении социальной реабилитации в Бельмонт-хоспитал. Несколько позже, в 1969 году, другой психиатр доктор Фэйрвэзэр основал общину для хронических психически больных.
Вот как охарактеризовали организационную сторону работы в этих больницах Фил-стед и Росси: «Во-первых, пациент при таком подходе начинает играть уже не пассивную, а активную роль участника терапевтического процесса. Во-вторых, отсутствует прежняя система разделения на два класса: пациентов и специалистов, а значит – разрушена привычная административная пирамида, на смену которой приходит стремление развить ощущение единства при помощи таких средств, как ежедневные собрания общины, самоуправление пациентов и т.д. В-третьих, меняется роль сотрудника такой общины. Для нее не приемлем классический образ специалиста-профессионала. Поэтому, чтобы работать в терапевтической общине, профессионал должен как бы утратить свой профессионализм. Это значит, что община приобретает для пациента первичное, основное значение, тогда как роль терапевта становится второстепенной. В-четвертых, важна открытость в общении между пациентами и персоналом и между самими сотрудниками. И, в-пятых, надо, чтобы программа как можно ближе напоминала реальный мир, находящийся за пределами лечебного учреждения».
Концепция Джонса, дополненная идеями Фэйрвэзэра и соединенная с использовани-ем в терапевтическом процессе бывших пациентов, составляют основу для создания терапевтических общин, предназначенных для лечения наркоманов.

Надо сказать, что идея терапевтической общины как метода лечения зависимости возникла не на пустом месте. Основные особенности этого подхода уже давно использовались в теории и практике движения «Анонимные Алкоголики», которое возникло в 1933 го-ду и явилось спасением для многих считавшихся безнадежными и, по сути, приговоренными к смерти алкоголиков.

Кроме того, многие ученые подчеркивают связи, существующие между концепцией терапевтической общины ХХ в. и историей раннего христианства. Они отмечают очевидную близость процедур и приемов, используемых в терапевтических общинах, с правилами и установлениями, принятыми в раннехристианских сообществах. Абсолютному большинству наркоманов медицина того времени (впрочем, как и современная) была бессильна помочь и обрекала их на скорую смерть.

Поэтому появление первых терапевтических общин для наркоманов стало для них настоящим лучом надежды. И надежда эта блестяще оправдывалась, хотя путь выздоровления не был легким и уж тем более – быстрым. Для исцеления от недуга наркомании всегда требовалось долгое время, а также очень серьезные и грамотно организованные усилия самих наркоманов. Еще одна причина необычайно высокой распространенности такого подхода – высокая экономичность терапевтических общин. Они требуют сравнительно небольших финансовых затрат и существуют либо на самоокупаемости, либо при минимальных инвестициях извне. Что же представляют собой терапевтически общины, каковы принципы их работы? Чтобы ответить на этот вопрос, заглянем немного в прошлое.

Первой и наиболее известной терапевтической общиной для наркоманов является организация Синанон, основанная в 1958 г. Чарльзом Дедерихом в Санта-Монике в Калифорнии. Дедерих, член движения Анонимных Алкоголиков, вместе с несколькими друзьями открыл своего рода клуб, где собирались алкоголики, желающие бросить пить. Постепенно в эту группу начали входить и наркоманы; после многих внутренних конфликтов и споров сложилась существующая до ныне форма работы Синанона как специального поселения для наркоманов преимущественно с героиновой зависимостью, хотя в Синанон могут направлять и алкоголиков, а также преступников, проституток, лиц с эмоциональными нарушениями.

Вообще, Синанон открыт для всех желающих, в том числе и тех, кто не страдает какими-либо нарушениями психики и не имеет социальных проблем, но кто хотел бы жить согласно принципам Синанона. В отличие от других терапевтических общин, Синанон не ставит задачи вернуть своих обитателей после курса лечения в нормальное общество. Дедерих считал, что общество слишком порочно, чтобы стремиться в него возвращаться. Это не значит, однако, что обитатели Синанона не готовы покинуть общину.

Синанон постоянно развивается, организуя новые центры, как в США, так и в других странах. В каждом из центров создается отдельное независимое общество (со школами и детскими садами, предприятиями, различными местами отдыха и развлечений, например, клубами водных видов спорта, автоспорта и т.п.).

Каждый обитатель Синанона исполняет какие-то обязанности, начиная с работ по уборке помещений и обслуживанию, которые обычно исполняются новичками, до высококвалифицированного труда по приобретенной уже в общине профессии.

Основным способом решения конфликтных ситуаций, а также важнейшей терапевтической техникой в Синаноне являются так называемые «игры». Заключаются они в вечерних (обычно 3 раза в неделю) собраниях общины, на которых обговаривается и проясняется все то, что происходит в жизни каждого из обитателей или всей общины в целом, и то, что может разрушительно действовать на конкретного человека или на всю группу.

Главные правила этих собраний: откровенность, активность, смелость в диалоге, формулировке проблем и выражении своих чувств, здоровая критика, нахождение в «здесь и теперь», юмор, отказ от попыток решения чужих проблем.

Конечно, теперь Синанон, начавший свое существование в 1958 году, значительно отличается от первых клубов Дедериха и по используемым методам, и по составу участников. Однако осталась главная идея Синанона, которая полнее всего выражается в принятой Синаноном молитве (в которой с очевидностью слышны мотивы молитвы Св. Франциска Ассизского):

Дай мне, Боже, понять самого себя,
Чтобы быть честным и искренним,
Чтобы отвечать за себя,
Чтобы стремиться понять, а не быть понятым,
Чтобы верить в себя и ближнего.
Пусть я буду любить, не ожидая, что полюбят меня.
Пусть чаще буду дарить, чем принимать дары.

Чарльз Дедерих и его концепция помощи наркоманам совершили прорыв в традиционном подходе к проблеме наркомании, и многие другие системы теперь используют в своей работе этот опыт. Примечательно, что большинство последующих терапевтических общин основывались и основываются бывшими обитателями Синанона. Примером этого может быть широко известное движение под названием «Дэйтоп Виллидж» (Daytop Village), объединяющее множество терапевтических общин. О современных масштабах и мировом признании этого движения говорит уже то, что на сегодня именно центральный офис Дэйтоп Виллидж является штаб-квартирой Всемирной федерации терапевтических сообществ.

А начиналось оно так. Когда слухи о выздоровлении наркоманов без лекарств в Синаноне стали распространяться по всей Америке, Национальный Институт психического здоровья выделил грант Бруклинскому Верховному суду Большого Нью-Йорка для изучения возможности открыть такую программу и в этом городе.

Психиатр Дэн Касриель и криминолог Александр Бассин съездили в Санта-Монику, посетили Синанон и вернулись обратно с проектом программы «Дэйтоп», которую им удалось организовать уже через год, в 1963 году. Первыми пациентами этой программы стали 22 наркомана-мужчины. Этот эксперимент окончился неудачей, после чего ее авторы ввели в программу существенные изменения и пригласили для работы в ней бывшего наркомана из Синанона, Дэвида Дэйча. И вот тогда программа заработала.

Процедура принятия в Дэйтоп всегда была необычной и проводилась, в том числе, с целью определить уровень мотивации человека на лечение. Кандидату в общину приходилось, например, подолгу ждать собеседования, на самом собеседовании ему могли задавать самые неожиданные и часто болезненные вопросы. После 1973 года был введен двухдневный «испытательный срок» для кандидатов. В настоящее время в процедуру принятия новичков обязательно входит медицинское и психологическое обследование, а также подробное анкетирование, касающееся всех сторон прошлой жизни и развития болезни.

В отличие от Синанона, Дэйтоп – это община, которая выполняет свои задачи не только с помощью бывших наркоманов, но и использует профессионалов.

Терапевтическая и реабилитационная работа в Дэйтоп Виллидж основана, главным образом, на физическом труде и на использовании различных психотерапевтических техник. Основное время пациенты работают на территории общины (примерно 6-7 часов ежедневно), какое-то время может уделяться и работам за пределами общины.

Кроме описанных выше крупнейших терапевтических общин «Синанон» и «Дэйтоп», существует множество других общинных комплексов. Среди наиболее известных следует назвать американские «Одиссей-хаус», «Феникс-хауз», «Фэмили Три», «Данклин мемориал кэмп» и канадские «Портаж», «Экс-Калэй», «414». В Европе – это «Итальянский Центр Солидарности» (Centro Italiano di Solidarieta - CeIS), шведские, датские, норвежские и голландские общины (например голландский «Emilienhoeve» – «Дом Эмилии»). Многие из этих общин являются, так сказать, «автокефальными» отделениями систем Дэйтоп или Синанон, хотя и не всегда признают это, претендуя на первенство в своей области. В близких к Рос-сийским условиях организовывался польский МОНАР. Эта система, первые звенья которой педагог и психолог Марк Котаньский начал создавать еще в конце 60-х годов, сегодня пред-ставляет собой широкую сеть реабилитационных общин для наркоманов по всей Польше с филиалами в других странах. Один из таких филиалов существует и на территории России – в Калининграде (Кенигсберге). В Польше есть также и несколько терапевтических общин и консультационных пунктов, которые принадлежат государственной системе здравоохранения. Единичные попытки создания терапевтических общин известны и в странах «ближнего зарубежья».

Это, прежде всего, давно и достаточно успешно действующие в Латвии община Дэй-топ для взрослых наркоманов и отделение шведского Синанона для детей и подростков. Несколько терапевтических общин организовывалось в Белоруссии и Украине. Каким же образом организована работа в терапевтических общинах? При всем многообразии подходов здесь существуют и общие принципы, правила и рекомендации.

Вот некоторые из них:

Обычно поступающему в общину новичку (или кандидату на поступление) назначается какой-то испытательный срок (обычно — от недели до нескольких месяцев). В этот период на фоне полного отказа от наркотиков (дезинтоксикация, то есть процесс очищения организма от наркотических веществ, как правило, проводится без фармакологических препаратов – для терапевтических общин очень характерен полный отказ от медикаментов) новички получают ряд обязанностей.

Во-первых, они, как и все, обязаны подчиняться общим правилам жизни в общине: это, в частности, запрет на употребление любых лекарств без назначения врача; это отказ от всякого физического насилия; это абсолютное исключение сексуальных контактов (в том числе и между супругами, которых, впрочем, практически никогда не принимают в одну общину). Это ограничение существует в большинстве общин, поскольку, чтобы их обитатели могли выздоравливать, от них требуется полная сосредоточенность на процессе выздоровления и только на нем, а сексуальные контакты всегда предполагают решение связанных с ними моральных и социальных проблем, а значит — отвлечение наркомана от его главной на данный момент задачи. «Кодекс» правил различен для разных общин, однако в целом их основная направленность остается одинаковой. Разумеется, как и все, новички обязываются принимать участие во всех установленных для членов общины «лечебных» и «учебных» мероприятиях.

Во-вторых, новички, как правило, обязаны выполнять простую работу по уборке и обслуживанию; часто именно новичкам поручают выполнять самую грязную и неблагодарную работу, от которой они не имеют права отказываться и которую должны выполнять добросовестно, потому что для них это своего рода экзамен. Если новичок такой экзамен сдает, то есть в течение испытательного срока безукоризненно справляется со своими обязанностями, то решением общины его переводят как бы на следующую ступень иерархической лестницы, где он приобретает больше прав и становится более свободным от ограничений. Еще через какое-то время, в случае серьезного отношения к изменению своего стиля жизни, «статус» новичка становится еще выше, а круг его прав и свобод еще более расширяется. Обе эти фазы длятся обычно от нескольких месяцев до полутора-двух лет.

В терапевтической общине широко используется система поощрений и наказаний. За хорошее выполнение своих обязанностей пациенты получают различные привилегии, такие, как переписка с семьей и друзьями, визиты родных и друзей, выход в город и т.п. Невыполнение своих обязанностей приводит к «понижению в должности» – переводу на более низкую ступень, а значит – к лишению каких-то привилегий. Кроме того, обычно предусматривается целая система индивидуальных публичных выговоров, проработок и обсуждений. Если человек эффективно справляется со всеми трудностями жизни и работы в общине и становится готовым для адаптации к нормальному обществу, то его переводят на следующий уровень, являющийся переходной фазой между общиной и настоящим обществом вне ее. В этот период пациенты продолжают жить в общине, но одновременно работают или учатся за ее пределами. После этого пациент обычно приобретает статус «выпускника», который дает право либо уйти из общины, либо остаться в ней уже в качестве стажера-сотрудника, то есть войти в состав ее персонала. Независимо от разновидности терапевтической системы, является ли она центром круглосуточного проживания (стационаром или общиной долговременного лечения), дневным стационаром или амбулаторией, процесс лечения химически зависимых людей, как правило, имеет следующие фазы:

1. УСТАНОВЛЕНИЕ ПЕРВИЧНОГО КОНТАКТА И СОЗДАНИЕ МОТИВАЦИИ К ВЫЗДОРОВЛЕНИЮ.

Эта фаза может проходить как в самой общине, так и еще до поступления в нее наркомана, при включении его в специально организованную работу консультационных пунктов, психотерапевтических и духовных занятий с наркоманами и членами их семей и т.д. На этом этапе, как и на всех других, очень важную роль играют выздоравливающие наркоманы, которые обладают достаточным знанием проблемы и в то же время являют собой живое доказательство того, что выздоровление может быть успешным.

2. ПЕРИОД ДЕТОКСИКАЦИИ

цель которого – очистить организм от токсических веществ и укрепить жизненно важные внутренние органы. В этот период наиболее остро проявляются симптомы абстиненции, которые зачастую становятся причиной прерывания лечения. В некоторые общины наркомана принимают только после того, как он пройдет этот период самостоятельно или в медицинских учреждениях.

3. Основная работа в терапевтической общине – это ДУХОВНАЯ, ПСИХОЛОГИЧЕСКАЯ и СОЦИАЛЬНАЯ РЕАБИЛИТАЦИЯ наркомана. Само слово «реабилитация» означает восстановление способностей или возможностей человека. Для такого восстановления требуется профессионально и тщательно организованная система специальных занятий самого разнообразного свойства. Это, как правило, индивидуальная работа и групповая работа со священником (пастором), психологом, консультантом из выздоравливающих наркоманов, врачом-психотерапевтом и т.д., это программа, предусматривающая образова-ние наркомана в отношении того, что такое зависимость и какие существует пути ее преодоления. Очень важна и проводимая в подавляющем большинстве терапевтических общин работа с семьей наркомана.

4. И, наконец, стадия РЕСОЦИАЛИЗАЦИИ, или реинтеграции, то есть возвращения человека в нормальное общество. Длится эта стадия обычно от нескольких недель (в кратко-срочных программах) до приблизительно двух лет (в долговременных терапевтических общинах). Здесь основные формы работы также, как и на стадии реабилитации, представляют собой разные виды психотерапии и социотерапии, сконцентрированные не только на самом пациенте, но и на его семье и вообще на окружении: друзьях, сослуживцах, однокашниках и т.д. Кроме того, наркоману помогают приобрести новые профессиональные навыки, получить образование, найти работу, решить проблемы с жильем, то есть – начать жить по-новому. Как правило, в большинстве терапевтических сообществ существуют и долговременные программы помощи тем, кто уже закончил основной цикл. Эти программы реализуются в разных формах – от регулярных встреч выпускников до специальных краткосрочных циклов повторной реабилитации для закрепления приобретенных навыков и знаний.

Говоря о терапевтических общинах, как подходах к преодолению наркомании, важно отметить, что среди множества терапевтических сообществ есть и системы, которые при внешнем сходстве с «классическими» образцами по своей внутренней сущности могут существенно расходиться с ними или даже представлять их полную противоположность. Среди последних, например, «Нарконон», который является одной из программ секты сайентологии Рона Хаббарда, считающейся одной из наиболее деструктивных, опасных для душевного и духовного здоровья человека, и поэтому запрещенной во многих государствах, в том числе и в России (хотя этот законодательный запрет российские представители названного движения все же умудряются как-то обходить, и мы и сегодня можем услышать рекламу «Нарконона» по первой программе радио и по телевидению). Также запрещена во многих странах система терапевтических общин «Патриарх». Это движение, как и «Нарко-нон», является деструктивной сектой, преследующей, кроме того, и чисто коммерческие цели. При этом оно не брезгует никакими средствами, вплоть до работорговли, происходящей под видом отправки наркоманов на лечение в филиалы «Патриарха» в страны Африки и Ла-тинской Америки. Хотя большинство стран Европы запретили деятельность этого движения на своей территории, по каким-то причинам такой запрет отсутствует в Испании, где это движение действует очень активно и откуда часто посылает своих эмиссаров в другие страны, в том числе и в Россию. Есть и другие подобные «общины».

Если участникам таких общин и удается на какое-то время отказаться от наркотиков, то личностно они ломаются, теряют всякий смысл существования, а значит, и трезвости. Очень часто взамен они начинают одурять себя «идеологическим» наркотиком, активно насаждаемым организаторами общины. В подобных общинах люди постепенно заражаются нетерпимостью, ненавистью к другим, авторитарностью, жаждой власти, то есть тоталитарной идеологией. Иногда это происходит неосознанно и непреднамеренно, но иногда, видимо, входит в замысел идеологов таких общин. И даже если статистика в отношении людей, бросивших наркотики в результате пребывания в подобной общине, иногда бывает довольно высокой, то очевидно, что здесь мы имеем дело с заменой одной зависимости – химической – на другую, нехимическую. Иными словами, с очень тонкой и трудноразличимой подменой Истины ложью, Света – тьмой, Бога – дьяволом.

Поэтому, прежде чем обращаться в ту или иную терапевтическую общину, постарайтесь получить побольше информации о ней, расспросите об истории ее создания, о теоретическом подходе, который лежит в основе, об отношениях с другими движениями и т.д. Не помешает узнать, как оценивают работу этой общины представители Церкви (если, конечно, они достаточно хорошо знакомы с тем, что там происходит) и специалисты в области наркологии. Правда, к сожалению, нередко приходится сталкиваться с предубеждением в отношении общин, как со стороны священнослужителей, так и специалистов-наркологов. Как правило, это предубеждение связано, прежде всего, с недостатком правильной информации о конкретной общине и об этом подходе вообще, но возможны и другие мотивы такого сопротивления.

Так, например, многие сторонники «чисто церковных» методов помощи видят в наркомании или алкоголизме исключительно морально-этическую проблему, возлагая всю ответственность как за их возникновение, так и за избавление от них на самого больного. А многие врачи-наркологи вообще не верят или не хотят верить в какие-либо средства помощи, кроме чисто медицинских подходов.

Поэтому задача определить, в «настоящую» ли терапевтическую общину Вы собираетесь посылать своего сына или дочь, не всегда оказывается легко разрешимой. Ведь для этого важно понять, действительно ли данный центр или община являются тем, чем они должны быть – средством исцеления, то есть восстановления нарушенной целостности человека, целостности его личности и его отношений с миром, самим собой, другими людьми и с Богом. А чтобы здраво оценить, насколько это в самом деле так, вам придется глубоко и детально вникнуть в то, что происходит в процессе реабилитации в данной общине, каков профессиональный уровень работающих в ней специалистов, какими методами они пользуются в своей работе, а еще важнее – каково их мировоззрение и на какие ценности они ориентированны в собственной жизни. Понятно, что сделать это нелегко, даже имея неограниченный доступ к информации об общине или центре и обладая специальным образованием и знаниями о том, как бывает организована работа в профессиональных реабилитационных центрах за рубежом и в России.

Реабилитация в настоящей терапевтической общине – это очень сложный, комплексный процесс, который способны организовать только те, кто целиком посвятил себя этому делу, а кроме того, обладает опытом решения собственных проблем и серьезнейшей специальной подготовкой.

К сожалению, подобных «настоящих» центров и общин у нас пока очень немного. Тем не менее, они все же есть, и поэтому многим родителям может показаться, что стоит найти адрес такой общины или реабилитационного центра, отправить туда своего ребенка — и все проблемы решены. Увы, все далеко не так просто, и вот почему.

Во-первых, подавляющее большинство множащихся в последние годы «реабилитационных» и «лечебных» центров и общин для наркоманов невероятно коммерциализировано и отличается просто запредельными ценами на свои услуги. Это не только делает их недоступными для нуждающихся в помощи людей, но и означает, что в них отсутствует важнейшее целительное начало – истинное служение Богу и друг другу, то есть терапия в исконном смысле этого слова (см. греч. therapeia).

Многие же из тех же центров, которые не относятся к «коммерческой» категории, к сожалению, представляют собой чистой воды самодеятельность. Как правило, их сотрудники занимаются этим делом, прежде всего, чтобы уйти, спрятаться от решения собственных личностных проблем (нередко – очень серьезных), а работа в таких центрах построена зачастую совершенно неграмотно. При всей благости намерений настоящего, целостного выздоровления пациентам такая работа не несет, более того, зачастую даже причиняет им немалый вред (уже хотя бы тем, что оттягивает настоящее решение проблем зависимости).

Но самое главное – повторим то, что уже говорилось, – проблемы наркомании гораздо шире и сложнее, чем может показаться на первый взгляд. И истоки этих проблем – в нас самих и в наших семьях. Не увидев эти истоки, не начав серьезной работы по их устранению, мы не сможем помочь своим близким, как бы нам этого не хотелось. Вот об этом мы будем говорить в следующих главах книги.