Удобный враг

В любом обществе есть много дурного. Но нельзя беспокоиться сразу обо всем, на это у людей просто не хватит сил. Поэтому необходимо сделать выбор. Тот же принцип господствует и в международных отношениях. Империалистическое государство объявляет войну сразу всем только в исключительном случае, обычно оно склонно выбирать себе основных врагов, и лучше всего - одного. То же самое происходит и с социальными проблемами. Если взяться за все сразу, невозможно будет мобилизовать силы общества, пробудить общественное негодование. Для решения социальных проблем необходима экономия сил. Много важных проблем, но мало избранных.

Но вот выбор сделан, а происходит он, понятное дело, путем промежуточных решений и мобилизационных процессов, как сознательных, так и бессознательных, и этот конечный результат во многом определяет моральную ориентацию общества. Идеологическую и политическую борьбу в значительной степени можно воспринимать как противоречия в свете того, что должно считать главной проблемой общества. Но в то же время есть и определенная граница выносливости общества относительно степени расхождения во мнениях. Слишком большой разрыв может представлять собой угрозу общественному порядку. Поэтому постепенно происходит консолидация внимания общества вокруг одной темы, которая практически единодушно объявляется серьезной общественной проблемой.

Необходимо также выбрать врага. Идеальный враг должен соответствовать определенным требованиям. Ниже мы даем семь важнейших его признаков:

1. Власть заключается в том, чтобы всегда добиваться своего вне зависимости от желаний других. Самое первое и нередко самое тяжелое сражение завязывается по поводу определения сущности врага. Социальная проблема - это та проблема, которую люди воспринимают как социальную. Однако далеко не все мнения принимаются в расчет. Только те проблемы, на борьбу с которыми поднимаются обладающие властью и правом голоса группы общества, становятся официальными социальными проблемами. Главным здесь является то, что выбранная социальная проблема не может угрожать интересам властных центров общества. Определение социальной проблемы не должно никоим образом повредить или просто доставлять неприятности промышленности, сильным профсоюзам, важным профессиональным группам или географическим регионам. Определение социальной проблемы также не должно затрагивать интеллектуальную элиту. Нельзя называть врагом того, кого может поддержать влиятельная общественная группа, которая начнет выдвигать протест против такого определения социальной проблемы. Главной криминально-политической проблемой прошлого столетия считались женщины, убивавшие своих новорожденных детей. Но не мужчины, бросавшие беременных женщин в безвыходном положении. И не социальные проблемы, бывшие причиной того, что мужчины не могли жениться, а женщины - самостоятельно вырастить ребенка (Фрюкман, 1977, Нильсен, 1980).

2. Враг должен выглядеть опасным, лучше всего чудовищным, бесчеловечным. Нередко такими представляются все враги, но бывает, что это касается только лидеров, совратителей. Иногда враг считается опасным для всех, в других случаях - когда речь идет об ограниченных социальных проблемах - он представляет опасность только для самого себя. Невозможно вести войну хладнокровно, на аналитическом уровне. Важный элемент борьбы - общественное негодование. Практически всегда предвоенная пропаганда наполнена преувеличениями и картинами ужасов, и чем страшнее война, тем шире их применение. В идеале хорошо бы выделить группу индивидов, воплощающих в себе самые худшие качества образа врага. Такая однородная группа с одинаковыми свойствами и становится представителем архетипа зла.

3. Несущие ответственность за борьбу с врагом должны чувствовать себя уверенно. Всякая критика откладывается до победы. Их нельзя трогать, иначе они не смогут собрать народ для борьбы. Они нуждаются в полном доверии, даже если слегка переусердствуют и прибегнут к некоторым преувеличениям, как в описании врага, так и по поводу характера проблемы. Врага необходимо представить настолько сильным, чтобы это оправдывало предоставление властям чрезвычайных полномочий. Одним из способов обеспечить подобную неприкосновенность в военное время является частичная отмена действия обычных механизмов контроля, препятствующих злоупотреблению властью. Другим средством является то, что те, кто ведут военные действия, в значительной степени сами определяют, что является победой, а что поражением. В военное время цензура мешает гражданам адекватно оценивать ход военных действий. То же самое можно наблюдать и в официальных сводках, освещающих борьбу против какой-либо социальной проблемы. Простым гражданам бывает довольно трудно судить об успехе или неуспехе. А несанкционированные свыше комментарии о войне могут сыграть на руку врагу. Чем более ожесточенной становится борьба, тем меньше становится внутренних дискуссий о ее целях и средствах.

4. Удобный враг - это тот, кто никогда не умирает. Генералы стремятся к победам, но далеко не всегда - к миру. Если потери войны не особенно велики, лучше всего постоянно поддерживать теплящийся огонь войны и по мере сил отдалять полную капитуляцию противника. В стратегическом плане это осуществляется следующим образом: постоянно сообщается о военных успехах и небольших победах, но враг настолько могуществен и хитер, что опасность для отечества по-прежнему сохраняется. Чтобы добиться еще больших успехов в войне, генералам необходимо добавить ресурсов в виде материальных средств и чрезвычайных полномочий.

5. Чтобы народ как можно меньше вмешивался в ведение военных действий, образ врага должен быть максимально расплывчатым, чтобы было не разобрать, становится ли он сильнее или слабее. Враг тогда определяется таким образом, чтобы можно было по желанию включать или исключать из числа врагов какие-либо группы населения, которые имеют или могут иметь отношения с врагом. Образ идеального врага - достаточно четкий, чтобы с врагом можно было бороться, и достаточно внушительный, чтобы за его спиной могла спрятаться еще дюжина новых врагов. Идеальный враг постоянно терпит поражение, но никогда не исчезает.

6. Но неясность образа врага не должна переходить определенных пределов. Если мы хотим, чтобы внешний враг нес ответственность за внутренние проблемы, он должен обладать символическим значением и выступать как отрицание доброго и правильного. Чем ярче выражено символическое значение образа врага, тем легче приписывать ему и отбирать у него разные признаки.

7. Фантазия тоже не должна переходить определенных границ. Борьба с наркотиками никогда бы не обрела такого размаха и не велась бы с таким упорством, как мы обрисуем позже, если бы не было совершенно конкретных причин бояться некоторых химических веществ. В том, что говорят и пишут относительно опасности, порабощающего влияния наркотических веществ, их губительного воздействия на молодежь, - во всем этом есть доля правды. Нельзя совсем уж преуменьшать силу врага. Враг существует, его можно увидеть каждый день, хотя он и не обладает такой мощью и таким размахом, как утверждают генералы, да и действия его не отличаются той целеустремленностью и осмысленностью, какими представляются.

Нет такого врага, который мог бы удовлетворить всем этим требованиям. Мало кто из власть предержащих осознанно анализирует разных потенциальных врагов с целью выбрать самого подходящего, против которого можно собрать нацию. Но на самых разных уровнях общества, в ходе бесчисленных процессов выбор все равно осуществляется.