«Тяжелая» наркомания

Читая конкретные исследования по данному вопросу, нетрудно заметить одну общую тенденцию, а именно, что уровень наркомании и количество наркоманов на деле ниже, чем считают «в народе», и ниже, чем представлено в выкладках врачей и правоохранительных органов. В особенности это заметно в случае с закоренелыми наркоманами. Причиной может быть та невероятная шумиха, которую поднимают вокруг проблемы наркомании в нашем обществе средства массовой информации. К тому же определенная часть наркоманов легко заметна благодаря своему внешнему виду. Как ходячие привидения, слоняются они от одного условленного места на улице или в парке до другого, а оттуда в социальную контору за пособием, в больницу, в полицию, в тюрьму – и обратно на улицу.

Одно из самых серьезных исследований, поставившее своей целью выяснить количество закоренелых наркоманов, – это предпринятое шведами т.н. исследование UNO (УПО). Исследователи попытались собрать воедино сведения обо всех известных случаях наркомании в стране начиная с конца 1978 г. до лета 1979 г. Обратились за помощью к представителям всех властных структур, занятых в данной области – в полиции, в пенитенциарных учреждениях, учреждениях здравоохранения и соцобеспечения. Их по- просили докладывать о каждом случае наркомании. Были созданы условия для обеспечения гарантии конфиденциальности: чтобы не было никаких централизованных картотек, имена и персональные данные о наркоманах систематически уничтожались. Потом в ходе долгой и кропотливой обработки полученных сведений был отобран материал о закоренелых наркоманах. Под закоренелыми наркоманами понимались прежде всего те, кто принимал наркотики внутривенно, и в этом случае частота употребления не принималась во внимание, а также те, кто почти каждый день употреблял препараты, стоящие в шведском регистре наркотиков. Случаи потребления психотропных средств или приема наркотиков по назначению врача (это касается, например, получающих метадон) не учитывались.

Таким образом, шведские исследователи пришли к числу порядка 10-15 тысяч закоренелых наркоманов. Из них от 7 500 до 10 000 принимают наркотики внутривенно. Количество тех, кто принимал только «другое» – в основном психотропные средства, составляет не более 170 человек. Наркоманов, принимающих исключительно коноплю, – 590 человек. 60 процентов закоренелых наркоманов и 80 процентов принимающих наркотики каждый день внутривенно проживают в трех крупнейших городах – Стокгольме, Гётеборге и Мальмё. УПО также попыталась сравнить полученные результаты с результатами аналогичных исследований, предпринятых комитетом по борьбе с наркоманией в конце шестидесятых годов. Количество наркоманов в Стокгольме, принимающих наркотики внутривенно, как оказалось, держится примерно на одинаковом уровне. Однако за пределами Стокгольма уровень «тяжелой» наркомании несколько вырос. Если в 1967 году всего было зарегистрировано чуть меньше 6 000 наркоманов, принимающих наркотики внутривенно, то в 1979 году их насчитывалось где-то 7 500-10 000 человек.

Не представляется возможным непосредственно сравнить эти данные с данными по Скандинавии. Считается, что в Дании проживают от 6 000 до 10 000 наркоманов, хотя бы иногда прибегающих к шприцу. Насколько известно, это число оставалось практически неизменным на протяжении последних десяти лет. В Норвегии предполагают, что где-то 3 000-4 500 человек когда-либо делали себе инъекцию того или иного наркотика. Таким образом, количество здесь меньше, в то время как определение шире. По Финляндии какие бы то ни было данные отсутствуют, но, согласно всем предположениям, это должно быть скорее трехзначное, нежели четырехзначное число. В целом в Скандинавии отмечается тенденция к сокращению разрыва между крупными городами и остальными регионами.

Определение тяжелой наркомании, как уже упоминалось, не включает в себя употребление наркотиков по назначению врача. В то же время Бергман и др. (1984) указывают, что Американская ассоциация психиатров выделила следующие критерии для определения злоупотребления бензодиазепинами (например, Валиума/Либриума): человек не в состоянии понизить дозу, круглые сутки находится под воздействием препарата; неоднократный прием препарата, причем каждая доза соответствует 60 мг диазепама; периоды потери памяти плюс нарушение социальных связей; вышеперечисленные симптомы проявляются в течение как минимум 1 месяца. Такое потребление можно с полным на то основанием назвать тяжелой наркоманией. Исследователи подсчитали, что количество таких наркоманов в Стокгольме, Гётеборге и Мальмё составляет около 150 человек, причем во всех случаях речь идет о ятрогенной наркомании, т.е. возникшей в процессе медицинского лечения. В Стокгольме есть даже программа по излечению зависимости от лекарственных препаратов. Создавая эту программу, исходили из предпосылки, что в шведской столице проживает около 15 000 человек, страдающих от зависимости, вызванной успокоительными средствами (Дагенс Нюхетер, 7.11.85).

В исследование УПО попали также некоторые сведения об алкоголе. Результаты говорят о том, что наркомания в большинстве случаев идет рука об руку с алкоголизмом. По крайней мере две трети закоренелых наркоманов являются одновременно запойными пьяницами. Эти результаты вполне соотносятся с теми, что получили Хауге и Дукерт при исследовании одного района Норвегии. Очевидно, что такая закономерность справедлива и для Дании, и для Финляндии. Наркоманы злоупотребляют не только запрещенными веществами, но и разрешенными. Трудно сказать, что опаснее. Но одна тенденция налицо: когда обыкновенно заходит речь о тяжелых последствиях их разнообразного злоупотребления, об алкоголе забывают.

Невозможно дать точного описания положения, сложившегося с употреблением запрещенных веществ в Скандинавии. Однако общее впечатление таково, что меньше всего проблем в этом отношении у Финляндии, следом идет Норвегия. Если, конечно, брать за точку отсчета тяжелую наркоманию. Это впечатление только усиливается при обращении к другим источникам, например, к статистике совершенных конфискаций наркотиков.