Обязательное лечение наркоманов: правовые основания и применение

В первые годы советской власти считалось, что пьянство является наследием буржуазно-помещичьего строя и с ним ведется борьба, в частности, путем преследования пьяных и пресечения самогоноварения (А.Г. Пахоменко, 1984). Лечение больных алкоголизмом и наркоманией было добровольным за исключением психотических случаев, когда действовали правила недобровольной госпитализации душевнобольных.

Начиная с 1927года, как уже выше упоминалось, правила недобровольной госпитализации и принудительного лечения стали распространяться на больных алкоголизмом и наркоманией, представляющих опасность для себя или окружающих. На практике речь шла обычно о недобровольной госпитализации по скорой помощи по медицинским показаниям с формулировкой «на обрыв запоя», весьма распространенной в психиатрической службе в течение многих лет вплоть до начала 90-х годов.

Обязательное диспансерное наблюдение и обязательное лечение всех (любых) больных алкоголизмом и наркоманией было введено в РСФСР в соответствии с нормами, принятого в 1971 году Закона РСФСР «О здравоохранении». С этого времени и, практически, до середины 90-х годов почти весь объем наркологической помощи больным алкоголизмом и наркоманиями в России оказывался в недобровольно-обязательном (условно-добровольном, вынужденно-добровольном) или принудительном порядке. Лишь небольшая часть больных обращалась за наркологической помощью действительно добровольно, сознательно принимая на себя все негативные социальные последствия этого шага в виде неизбежных огласки регистрации, диспансерного учета, профессиональных ограничений, социальной стигматизации и дискриминации.

Однако даже в случае добровольного обращения больного за медицинской помощью и согласия на лечение от него почти никак не зависела ни общая продолжительность лечения, ни форма (амбулаторная или стационарная), ни методы лечения, ни длительность пребывания на учете, ни, в конечном счете, результат лечения. Существовали обязательные сроки пребывания на стационарном лечении, обязательные курсы лечения, а также обязательные методы лечения, в том числе обязательная, так называемая, трудотерапия. Последняя на каком-то этапе была гипертрофирована до статуса ведущего и определяющего фактора выздоровления и, потеряв всякие признаки лечебного воздействия, приняла промышленный размах. Широкое распространение получила концепция дешевой, самоокупаемой, так называемой «промышленной наркологии», активно насаждавшей практику «трудового перевоспитания» наркологических больных, не совершивших правонарушения, в течение пребывания (до 3-6 мес.) в стационарах при промпредприятиях в ущерб реальной медико-психологической и социальной помощи больным и их семьям.

При этом на всех этапах такого условно-добровольного, а в действительности обязательного лечения над больными постоянно довлела угроза наказания в виде помещения на принудительное лечение в ЛТП.

Вопросы подготовки и оформления материалов для направления в ЛТП, ЛВП решались совместно Минздравом СССР и МВД СССР. В частности, согласно Инструкции «О порядке выявления и учета лиц, допускающих немедицинское потребление наркотических или других средств, влекущих одурманивание, оформления и направления на принудительное лечение больных наркоманией», утвержденной приказом Минздрава СССР и МВД СССР в 1988 году, в случае отказа больного добровольно пройти курс лечения в медучреждении, или иных его действий, свидетельствующих о наличии умысла препятствовать такому лечению (неявки на лечение два и более раза без уважительных причин, самовольное приостановление лечебных процедур, отказ от госпитализации в стационар, нарушение больничного режима), или уклонения больного от лечения после посещения врача, последний должен был незамедлительно составить заключение об уклонении больного от обязательного лечения. Заключение утверждалось главным врачом и вместе с ходатайством о необходимости применения принудительного лечения передавалось в горрайорган внутренних дел по месту жительства больного, который направлял больного на специальную медкомиссию. По результатам обследования комиссии составлялось заключение о необходимости и возможности применения принудительного лечения в ЛТП (ЛВП). В положительном случае участковые инспектора милиции готовили документы в народный суд для решения вопроса о направлении больного в ЛТП.

Таким образом, наркологический больной помимо своей химической зависимости попадал еще в полную зависимость от наркологической службы, которая вместе с неловкими попытками насильно навязать ему свою помощь реально осложняла его социальное функционирование.