Навстречу миру в Европе?

Однажды Ханс Магнус Энценберг написал длинную статью, которую потом перепечатали многие газеты и журналы по всей Европе. Статья называлась "Герои нашего времени". Герои нашего времени совсем не похожи на героев прошлого, всадников на горячих конях, что завоевывали страны и части света. Герои нашего времени - это разрушители империй, полководцы отступления, руководящие сносом образований-монстров нашей эпохи. Одним из таких героев был Войцех Ярузельский, польский генерал в черных очках на каменном лице. Он сажал в тюрьму тех, кому потом отдал власть. Или Кадар, по чьей вине погибло много народу, вообще-то, говоря предатель, но тем не менее именно он заложил основы той Венгрии, которая позже стала образцом для остальных стран Восточной Европы. Вскоре после того, как была опубликована статья Энценберга, он умер, почти сойдя с ума от угрызений совести, но многими почитаемый. В этом смысле Горбачева можно считать одним из величайших разрушителей империй.

Эта статья заставила нас поставить вопрос: кто же войдет в историю как великий разрушитель уголовно-правовой системы контроля за наркотиками? У кого хватит сил и мужества демонтировать систему преднамеренных страданий, которая была создана по горячим следам вспышек общественной паники? Кто сумеет сделать контроль за наркотиками чем-то обычным, тривиальным даже - чем-то вроде достойного орудия борьбы с недостойным явлением.

Вряд ли это будут северные ястребы. В номере "Дагенс Нюхетер" от 26 июня 1995 г. трое шведов потрясли мир патетическим заявлением. И никто иной, как сам премьер-министр Ингвар Карлссон вместе с министром социального обеспечения Анной Хедборг и министром юстиции Лайлой Фрейвалд. Их заявление было напечатано в виде хроники под заголовком: "Не сдавайтесь на милость наркотикам!".

"Будучи высокопоставленными шведскими чиновниками, мы несем ответственность за то, чтобы не допустить перемен в антинаркотической политике в сторону капитуляции. Мы не можем согласиться подвергать нашу молодежь риску стать наркоманами, как если бы это касалось наших собственных детей и внуков".

Далее в заявлении говорилось, что за рубежом неправильно понимают суть непримиримости шведов к наркотикам. Наша политика по отношению к наркотикам воспринимается как исключительно репрессивная. Но это не так. Меры противодействия распространению наркотиков включают в себя профилактику, лечение и собственно меры контроля. Шведская антинаркотическая политика является отражением социальной политики в целом, основным принципом которой является обеспечение равных прав всех людей на достойную жизнь, где ни один слой населения не должен исключаться из общества. Мнение же общества однозначно: мы не можем согласиться с существованием наркотиков. Мы не согласны с нем, что их присутствие в общественной жизни является неизбежным. Мы выступаем за общество без наркотиков. Выводы трех государственных чиновников выделены жирным шрифтом:

"В настоящее время существует опасная тенденция к распространению более снисходительных взглядов на наркотики и эксперименты с ними среди определенных групп молодежи. Мы в Швеции намерены приложить максимальные усилия по преодолению этих явлений и обращаемся с просьбой о сотрудничестве к нашим зарубежным коллегам. Мы никогда не признаем борьбу с наркотиками проигранной и никогда не согласимся с тем, чтобы потребление наркотиков происходило в открытую, не подвергаясь карательным санкциям".

Но в других европейских странах ситуацию видят совершенно по-иначе. Особенно это касается крупных городов. По инициативе ведущих городских политиков Франкфурта, Гамбурга, Амстердама и Цюриха было организовано движение, которое часто называют "Инициативой больших городов". Позднее к ним присоединились и некоторые другие крупные города, в том числе Балтимор в США.

Основные доводы движения заключаются в том, что издержки от действий системы контроля оказались слишком велики. В результате борьбы за благие цели наркоманы терпят мучения, совершенно непропорциональные их преступлениям, страдает также и общество, в котором они живут. Поскольку наркоманы в основном живут в больших городах, то больше всего проблем возникает у городов. Именно поэтому власти крупных городов решили взять на себя инициативу по изменению этой неблагоприятной ситуации. Точка зрения больших городов была выражена в так называемой Франкфуртской резолюции от 1990 г. Там, в частности, говорится:

"Попытки искоренить наркотики и наркоманию из образа жизни нашей цивилизации провалились. Несмотря на все прилагаемые усилия, спрос на наркотики не понизился. В общем, все говорит о том, что нам придется жить с наркотиками и наркоманией и в будущем".

В резолюции высказывается предложение полностью декриминализовать покупку, хранение и потребление небольших количеств наркотиков, а также попытаться разделить рынок тяжелых и легких наркотиков. Города выступают еще и за то, чтобы метадоновое лечение стало доступным большему количеству людей, а также предлагают организацию специальных комнат для наркоманов, где они спокойно смогут делать себе инъекции, а те, кто находится в особо тяжелом состоянии, - получить медицинскую помощь.

Но инициатива этих городов не осталась без ответа. В качестве противовеса Франкфуртской группе возникло движение Cities against drugs ("Большие города против наркотиков"). Первая встреча, что характерно, прошла в Стокгольме, а участие в ней приняли представители от Осло, Копенгагена, Хельсинки и ряда других городов. Интересный случай внутригосударственного развития антинаркотической политики представляет собой Германия. В 1994 г. Конституционный суд Германии анулировал важное судебное решение, касающееся хранения конопли. На языке газетных заголовков это можно описать так: "Гашиш по-прежнему запрещен, но обычное потребление караться не будет". Естественно, в связи с этим решением немедленно возник вопрос, обладание каким количеством наркотика не приведет к штрафным санкциям, другими словами, что значит "небольшое количество" в Германии? До того времени в Баварии эта величина равнялась 5 г гашиша, в Любеке - от 2,5 до 4 кг наркотика среднего качества (Папендорф, 1995). 20 декабря 1995 г. Верховный суд принял решение по этому вопросу. По определению суда, "небольшое количество" соответствует менее 7,5 г активного вещества ТГК. На практике это значит, что обладание где-то около 100 г наркотика с высоким содержанием ТГК, или 250 г с низким содержанием ТГК не преследуется по закону. В Голландии власти неизменно проявляли сдержанность в отношении использования карательных санкций за потребление легких наркотиков. В одном лишь Амстердаме существует от 300 до 350 кофеен, где продаются препараты из конопли. Это стало причиной "наркотуризма" и, как следствие, критики со стороны некоторых соседних стран. В 1995 г. правительство опубликовало доклад, в котором были изложены основные черты голландского решения. В докладе подчеркивалось, что правительство в целом намерено придерживаться основной линии существующей политики, но обещает приложить больше усилий в борьбе с производством экстази и амфетаминов, которое происходит на территории Нидерландов. Что касается кофеен, то количество конопли, отпускаемое в одни руки, будет уменьшено с 30 г до 5 г. То есть, можно будет по- прежнему покупать наркотик для личного потребления, но накопить наркотики с целью потребления за рубежом не удастся.

На международном уровне просматривается тенденция к ослаблению криминализации наркотиков и, наоборот, к росту озабоченности по поводу издержек существующей системы контроля. Лучшим свидетельством здесь является деятельность Европарламента.

Уже в 1986 году в докладе парламентской комиссии было выдвинуто предложение отказаться от судебного преследования за потребление конопли, ограничив все штрафные санкции простым предупреждением. Меньшинство в комиссии высказывалось даже за более радикальную декриминализацию. В новом докладе от 1992 г. большинство в комиссии выступило с рекомендацией декриминализовать потребление и хранение небольшого количества наркотиков. В сентябре этот вопрос был подвергнут всестороннему обсуждению на сессии Европарламента. Было принято следующее решение: "Лица, потребляющие наркотики, не должны преследоваться по закону, за исключением тех случаев, когда они оказываются замешанными в нелегальной торговле, производстве или контрабанде наркотиков".

Предложение касается декриминализации всех видов наркотиков. Оно было принято 193 голосами против 190. Председатель шведского Союза против наркотиков, политолог Кент Карлссон, дал следующий комментарий по поводу решения Европарламента:

- Как известно, Европарламент не имеет полномочий законодательной власти, поэтому никаких прямых последствий это решение иметь не будет. Тем не менее, решения Европарламента обычно оказывают большое влияние на настроения внутри государственного аппарата как самого Европейского Союза, так и стран-участниц. Поэтому можно ожидать увеличения активности нарколиберальных сил внутри органов управления Евросоюза и стран-участниц.

- Окажет ли решение Европарламента влияние на правительственную комиссию и Совет министров?

- Обычно комиссия изучает значительную часть предложений, поступающих из парламента, и выносит их далее на рассмотрение как свои собственные. Совет министров также обычно рассматривает довольно значительную часть предложений, изначально выдвинутых парламентом.

- Но ведь страны-участницы обладают правом вето, в том числе и в вопросах, связанных с проблемой наркотиков?

- Да, но в преддверии правительственной конференции, которая состоится в 1996 г., сейчас активно ведется обсуждение дальнейшего пути развития ЕС. Европарламент предложил вынести антинаркотическую политику на межгосударственный уровень. Тогда принятые в этой области постановления станут обязательными для всех стран-участниц, и право вето перестанет действовать. Германия, Франция, Испания и Голландия уже поддержали это предложение.

Вряд ли можно надеяться, что мир в этом вопросе наступит уже в наше время. Но возможно, мы будем хоть чуточку меньше воевать и чуточку больше заботиться друг о друге.