Хорошее утро

Вы проснулись утром в прекрасном настроении. Голова ясная, в воздухе пахнет весной. В холодильнике, на полке рядом с молоком, стоят две бутылки холодного пива. Они так и останутся стоять нетронутыми.

Странно, не правда ли? Пиво с его свежим горьковатым вкусом, которое так хорошо утоляет жажду, навевает приятные воспоминания, а потом как будто легкая завеса опускается на сознание.

Вот именно. Поэтому вы и не прикоснетесь к пиву. Голова утром ясная и прозрачная, как кристалл, вы переполнены ощущениями новых возможностей и идей. А завеса помогает в других состояниях, скажем, чтобы снять усталость, облегчить общение. Или для того, чтобы отметить переход к другому состоянию: какой-то труд завершен, настало время для перемен.

Но в хорошее утро вы не нуждаетесь в завесе для сознания.

Здесь, возможно, заключается главная причина, по которой большинство из нас предпочитает не одурманивать себя химическими веществами с раннего утра. Кому-то хочется пройтись босиком по траве и ощутить ее прикосновение. Кому-то хочется послушать что-то приятное. Или выполнить какую-то работу, причем сложную. Мы, люди - существа, имеющие свободу выбора. И мы бережем хорошие мгновения. Но утро может быть и другим, плохим. Тогда голова ватная, голоса режут слух, и работа в тягость. И все равно многие не притронутся к пиву. Хотя оно и приятно на вкус, ласкает прохладой, а главное, как раз и создает в голове ту легкую завесу, которая сделала бы работу более сносной. Тем не менее пиво останется стоять нетронутым, и причина тому - глубоко укорененное представление, что распитие спиртных напитков следует откладывать до вечера. Во всяком случае, вера в то, что так думают окружающие. Запах пива с раннего утра не внушает особого доверия коллегам по работе. Насколько нам известно, именно эти причины являются самыми важными. Собственный выбор и оглядка на мнение окружающих - вот что держит нас в границах допустимого. Никакая полиция не может быть более эффективной, чем мы сами или наши близкие. Более того: нами можно управлять, потому что нам есть, что терять. Легче всего управлять теми, кому больше всего терять. Чем человек беднее, тем более неуправляемым он является.

Если бы героин продавался в киосках, мы бы смогли убедиться в этом собственными глазами. Многие прошли бы мимо, не останавливаясь, будь то героин или пиво. Но кто-то бы остановился и торопливо принял наркотик. Люди, лишенные чего-то важного и нужного, особенно в компании таких же обделенных, становятся неподвластны обычным механизмам контроля. Главная проблема, с которой сталкиваются три четверти общества, заключается в том, что им хочется держать в узде оставшуюся четверть, не давая ничего стоящего взамен. Все дискуссии по поводу проблемы наркотиков в норвежском обществе отличаются тем, что люди предпочитают закрывать глаза на основные общественные механизмы, использование которых могло бы дать определенные возможности для контролирования. Мы отказываемся от самых эффективных мер. Все, что остается, - это формальный контроль, практически бесполезный и крайне уязвимый в любом обществе, кроме тоталитарного.

Впрочем, последнее утверждение не совсем справедливо. Оно справедливо, если мы говорим о наркомании нищих: о токсикоманах, наркоманах, сидящих на игле, мелких наркоторговцах, еле-еле наскребающих на наркотики себе, - нередко опустившихся и жалких. Но есть и другие круги общества, в которых знакомство с последними новинками является признаком стильного поведения. Или такие, где эксперименты с наркотиками являются одной из особенностей основанного на стремлении к риску нестандартного образа жизни, который бросает вызов общественным нормам. В этих случаях основным регулирующим механизмом оказывается именно внешний контроль, хотя он же является и причиной наличия данной противозаконной деятельности.